Собрался Ян отдать сына своего ремеслу обучаться; пошёл в церковь и стал богу молиться, чтобы узнать, что сыну будет полезней всего. А стоял у алтаря причетник и говорит: «Воровство, воровство!» Воротился Ян к своему сыну и объявил, что тот должен воровству обучаться, что это-де сказал ему сам господь бог. И пошёл он со своим сыном искать такого человека, который воровать мастер. Шли они долго и зашли, наконец, в глухой и дремучий лес, видят – стоит там маленькая избушка, и сидит в той избушке старая-престарая женщина. Ян ей и говорит:

– Не знаешь ли ты такого человека, что воровать умеет?

– Этому делу можно и здесь хорошо научиться, – ответила старуха, – сын мой на эти дела большой мастер.

Вот и спрашивает он у сына старухи, хорошо ли тот воровство знает. Говорит воровских дел мастер:

– Твоего сына я обучу как следует; придёшь сюда год спустя, и ежели сына своего узнаешь, то и денег за ученье я с тебя не возьму, а не узнаешь, то должен ты будешь заплатить мне двести талеров.

Воротился отец домой, а сын стал колдовству да воровству обучаться. Прошёл год, и отправился отец к воровских дел мастеру, да по дороге пригорюнился, не зная, сможет ли сына своего узнать. Идёт он, запечалился, вдруг навстречу ему маленький человечек. И спрашивает его тот человечек:

– Послушай, ты чего это пригорюнился? Чего запечалился?

– Ох, – отвечает Ян, – год тому назад отдал я своего сына к воровских дел мастеру в обученье, велел он мне год спустя прийти к нему снова, и если сына своего я не узнаю, то должен буду уплатить ему двести талеров, а если узнаю, то и платить ничего не придётся, – вот мне и страшно, что я его не узнаю, а где мне тогда денег-то столько добыть?

И сказал ему человечек:

– Ты должен взять с собой лукошко с хлебом и стать под дымовою трубой; увидишь там на шесте клеточку, и выглянет оттуда птичка, это и будет твой сын.

Пошёл Ян туда, поставил лукошко с чёрным хлебом перед клеткой, – вылетела из неё птичка и смотрит на хлеб.

– Эй, сыночек, ты здесь? – спрашивает отец.

Обрадовался сын, что отца своего увидал. Но воровских дел мастер говорит:

– Это сам чёрт тебя надоумил, а то как бы ты своего сына узнал?

– Отец, нам надо отсюда поскорей уходить, – сказал юноша.

И отправился отец со своим сыном домой. Вдруг едет по дороге им навстречу карета, и говорит сын своему отцу:

– Обернусь я большою борзой, и вы сможете на мне заработать немало денег.

Высовывается из кареты господин:

– А не продадите ли вы мне эту собаку?

– Что ж, продам, – ответил отец.

– А сколько вы денег за неё хотите?

– Тридцать талеров.

– Это слишком много, но пёс, видно, очень породистый, я, пожалуй, согласен.

Забрал господин пса в карету, но только немного отъехал, а пёс как выскочит из неё через окошко и вмиг обернулся юношей и снова очутился возле своего отца. И пошли они вместе домой. А была на другой день в соседней деревне ярмарка, вот парень и говорит своему отцу:

– А теперь обернусь я красивым конём, а вы меня продадите. Но прежде чем продать, вы должны снять с меня уздечку; а то не смогу я стать опять человеком.

Вывел отец коня на ярмарку, но пришёл туда и воровских дел мастер и купил коня за сто талеров, а отец и позабыл снять с него уздечку. Вот повёл вор коня домой и поставил его в конюшню. Вошла туда работница, а конь ей говорит:

– Снимите с меня уздечку, снимите с меня уздечку!

Стоит работница, удивляется:

– Э-э, да ты и говорить умеешь! – Подошла она к коню, сняла с него уздечку, и обернулся конь воробьём, вылетел в дверь; а колдун тоже воробьём обернулся и полетел вслед за ним. Вот слетелись они, стали биться, и колдун проиграл; кинулся он тогда в воду и обернулся рыбой. А парень тоже рыбой обернулся, догнал его, и стали они биться, и колдун опять проиграл. Обернулся тогда колдун петухом, а парень – лисой да и откусил голову петуху, так вот и погиб воровских дел мастер и лежит там и поныне.

69. Йоринда и Йорингель

Стоял когда-то в большом и густом лесу старый замок, и жила в том замке только одна старуха, и была она самая большая колдунья. Днём превращалась она в кошку или ночную сову, а вечером принимала опять свой прежний человеческий вид. Она умела приманивать всяких зверей и птиц, убивала их, варила и жарила себе на еду. Если кто подходил на сто шагов к этому замку, тот останавливался как вкопанный и не мог сдвинуться с места, пока она не снимала с него заклятья; а если входила в тот заколдованный круг невинная девушка, колдунья обращала её в птицу, запирала в клетку и уносила в одну из комнат замка. Так собрала она в замке целых семь тысяч клеток с разными диковинными птицами.

А жила-была в ту пору девушка, звали её Йориндой, и была она прекрасней всех остальных девушек на свете. Посватался за неё такой же прекрасный юноша, звали его Йорингель, и это были предбрачные дни, – и весело, радостно было им вместе.

И вот, чтобы поговорить наедине, пошли они раз погулять в лес.

– Только смотри, – говорит ей Йорингель, – к замку близко не подходи.