Людмила Романова

Сказка Белого Облака

Часть первая

Белый замок

Утро на лесном лугу

Над лугом, который был расположен недалеко от маленькой деревни, и речки, стояла теплая, летняя ночь. На синем бархате неба сверкающими бусинками горели звезды, а огромная луна, льющая вокруг себя неоновый свет, была главным его украшением.

Воздух!? Он благоухал пряными ароматами клевера, ромашки и донника. С опушки леса, который окружал луг, доносился тонкий запах шиповника, и очень нежный, почти незаметный запах куста сиреневой герани, которая росла на краю тропинки. Все вокруг было таинственным, спокойным и волшебным. Волшебным, от света Луны и ее отблесков, на воде. Таинственным, от загадочных очертаний деревьев и кустов. И спокойным, потому что почти все жители луга спали, и от этого над лугом стояла тишина.

Убаюканные ароматом ночи и ее волшебным синим покрывалом, спали на ромашках божьи коровки, под листиками полевых гвоздик спрятались мохнатые гусенички, а маленькие мошки с прозрачными зелеными крылышками захватили для отдыха зонтик тысячелистника. У них не было такого капитального дома, как у муравьев, но зато, каждый раз можно было нежиться на новом цветке, и к утру иметь прямо перед собой и завтрак и напиток. Синяя бабочка прицепилась лапками к кустику мышиного горошка, а зеленый кузнечик спал, держась лапками за высокую травинку.

И на лугу были свои полуночники, которым нравилось прогуляться под луной. Светлячки, расселись по старым пенькам, и хвастались своими фонариками, которые в темноте выглядели более эффектно. Изредка шуршали своими маленькими ножками и хвостиками полевые мышки, неся в свой домик, еще один колосок с зернышками, да по небу с гулким уханьем пролетали в сторону леса черные ночные птицы.

Остальные жители леса и луга спали, и им снились сны, похожие на пыльцу цветов, летние облака, и теплые лучи солнца.

* * *

Но время шло, и ночь, которая летом бывает не слишком длинной, заканчивалась. Звезды постепенно тускнели, а луна, с середины неба, скрылась куда-то за лесом.

Небо стало светлым, звезды совсем погасли, и в этот момент над лугом пробежал свежий мимолетный Ветерок. От его бега качнулись головки цветов, по болотцу пробежалась маленькая рябь, а нежные прозрачные крылышки зеленых мошек приподнялись вверх как стайка маленьких парашютов. И снова опустилась на белую полянку, еще не проснувшись.

– Ж-ж-ж… утро, – прожужжала пчелка, вздрогнув от забежавшей в улей прохлады, и первая вылетела из него.

– Пор – ра вставать! – прострекотал кузнечик, посильнее вцепившись лапками в покачнувшуюся травинку.

– Пор – рква, – проквакала лягушка, прыгнув с листа кувшинки в воду и, окунувшись, взобралась на нее снова.

– Утро! Наступило утро! – зашевелила своими усиками синяя бабочка, еще не совсем готовая оторваться от листика мышиного горошка.

– Ветерок, пролетел, значит, наступило утро, пора вставать, и отправляться по своим делам, – решили обитатели луга.

– Он приходит всегда в одно и тоже время, – сказала небесно-голубая бабочка, своей подружке. И всегда незаметно улетает.

– Мы никогда не успеваем увидеть его! Какой он? Невидимка Ветерок! Хитрый, успевает убежать от нас, пока мы проснемся! – ответила другая. Может быть, у него есть какой-то секрет? И он не хочет рассказать его нам?

– Да нет! Скорее всего, он тоже бежит по своим делам! – сказала божья коровка, раздвинув свой красный панцирь и, порхнув черными изящными крылышками. – Но, правда, жалко, что мы никогда его не видим. Я бы с удовольствием познакомилась с ним! Остановился бы, поболтал с нами…

Откуда каждый раз прилетал Ветерок, и куда спешил, никто не знал, но, Ветерок появлялся всегда в одно и то же время, и, пробегая над лугом, он будил своей прохладой его обитателей, но пока они просыпались в своих постельках, также незаметно улетал! А кто же будил его самого, никто так и не знал! Ведь он был такой мимолетный, что никто не успевал с ним поговорить.

* * *

Ночь ушла, но первые лучи солнца, еще не были видны, хотя небо из темно-синего уже превратилось в серовато – белое. Потом цвет его стал более голубым, потому что солнце, наконец-то, сверкнуло первыми лучами, и потихоньку начало появляться огненно золотым шаром где-то там, вдали луга.

Оно поднималось медленно, и торжественно. И через несколько минут уже стал, виден весь его диск. И от этого нарастающего тепла, и яркого света утренняя прохлада, стала теплеть, и всё проснулось окончательно. И мошки и лягушки и цветы.