Читаем Сказание о Бахраме Чубина из «Шахнаме» полностью

Сказание о Бахраме Чубина из «Шахнаме»

Такова эта история в передаче Фирдоуси; вся она полна отвратительного лицемерия, лжи и мерзостей, которые отличали персидскую знать и духовенство. И в то же время характерным для нее являлся тот фанатизм, от которого погиб Бахрам Чубина, незадолго перед тем сидевший на троне сасанидов. Знать (да и прочие слои населения), как бы враждебно не смотрела на личности отдельных своих шахов — Сасанидов, могла признать право ношения царского венца только за сасанидом потомком Ардашира; только с его домом, по ее представлению была связана «царская благодать» (фаррахи-кайаник).[3] Преемником Хормизда теперь стал Хосров, вошедший в историю с прозванием парвиз (победоносный), отличавшийся необычайно красивой внешностью и в качестве обожателя красавицы-армянки Ширин, ставший героем многочисленных восточных повестей и поэм (нередко разрабатывавшихся первоклассными поэтами) с названиями «Хосров и Ширин» или «Фархад и Ширин».

Народные же массы страдали от его жестокости, жадности и тяжелых налогов, как страдали они, впрочем, и до него.

«Надели вы кольчуги и венцы,Чужим добром украсили дворцы.И эти украшенья и убранства —Свидетели насилья и тиранства»,

говорит Фирдоуси устами мудрого Харрода и продолжает дальше слова горькой укоризны правителям государств:

Как смеют шахи веру продавать?Они должны увидеть благодатьВ том, чтоб радовать сердца голодных,В том, чтоб жить для целей благородных,В том, чтоб стремиться к правде и добру,А не к жемчужинам и серебру.Как ни был бы силён, отважен воин,Тогда лишь восхваленья он достоен,Когда вступает в правую войну,Чтоб защитить от недругов страну,А тот, кто пользы ждет себе от веры,(Мы знаем — есть подобные примеры),А тот, кто жаждой правды не томим, —Будь проклят он и мертвым, и живым!

Бахрам Чубина, по-видимому, вел свое происхождение от парфянских царей, Аршакидов, эпоха которых по тем или иным причинам совершенно вычеркнута из великой эпопеи Фирдоуси. По крайней мере поэт влагает Бахраму Чубина в уста такие слова во время его словесного препирательства с Хосровом Парвизом:

«…Как лев свирепый прянув,С лица земли смету я род каянов,Их злые уничтожу семена,В сказаниях сотру их имена.Да станут все они добычей мрака,Да воцарится снова род Аршака».

Т.е. Бахрам Чубина обещает Хосрову II то же самое, что сделали Сасаниды с своими предшественниками парфянами — предали их абсолютному забвению не только в истории, но даже и в народных сказаниях.

Бахрам Чубина, бежав в Среднюю Азию, стал родоначальником так называемых «саман-худатов». До арабского завоевания они были в Средней Азии людьми владетельными и именитыми, при арабах утратили прежнее влияние и могущество, но переход одного из них в VIII в. в мусульманство снова возвысил их род до царственного достоинства. Они под именем «саманидов» создали сильное и высоко-культурное для своего времени таджикское государство, просуществовавшее без малого 125 лет (с 875 по 999 г. н. э.)

Профессор А. Семенов