Читаем Скайт Уорнер полностью

Был жаркий безоблачный день. Плобитаун в это время напоминал муравейник и улей одновременно машины, двигавшиеся по раскаленному асфальту дорог, флайеры, парившие в знойном мареве над городом. Все уголки мегаполиса были вовлечены в беспрерывное движение. Казалось, не существует ни одного места в городе, куда не проникал бы шум от рокота моторов и гула двигателей. Непрерывные гудки, звонки, трели сигналов — все смешивалось, создавая давящий шумовой поток. И люди, оказавшиеся на улице в это сумасшедшее время, ощущали себя словно попавшими в гигантский цех механического завода. Но в конторе космических карт и документов стояла полная тишина. Звукоизоляция помещения была безупречна. Сюда не мог проникнуть ни один посторонний звук снаружи, несмотря на то что рядом со зданием находилась взлетно-посадочная площадка. Большое светлое помещение с высокими потолками, похожее на читальный зал библиотеки, занимали письменные столы, на каждом из которые находились монитор, клавиатура управления и принтер. В такие конторы, которые находятся у каждого космодрома, заходят пилоты кораблей и путешественники, чтобы обзавестись нужными картами и документами для предстоящего полета. Плати за вход и сиди, выбирай то, что тебе нужно. Конечно, если это есть в наличии. Понадобится, сделаешь распечатку или возьмешь запись на дискете любой необходимой тебе информации.

Посетителей было немного, они молча что-то искали на своих мониторах, перебирая пальцами по кнопкам. Одним из них был Скайт Уорнер. Перед ним на экране светилось схематическое изображение звездной системы с планетой Блаусен, а рядом на столе лежали распечатки карт самой планеты и ее города Хейлс. Скайт с задумчивым видом делал на них пометки красным фломастером. Через полчаса в дверях появился Дел Бакстер с тяжелым походным рюкзаком.

— Фуф, — скидывая рюкзак, выдохнул он. — Добрался. Жара на улице ужасная.

— Все купил? — спросил Скайт.

— Все.

— Тогда пошли, я здесь уже все закончил.

Спортивный клуб «Небесные молнии» представлял собой отдельно стоящее двухэтажное здание. Над его входом висел нарисованный на куске жести голубой зигзаг молнии — эмблема клуба.

Август Черницки, председатель клуба, бывший гонщик и многократный чемпион эллипсоидных гонок, подперев рукой пухлую щеку, устало наблюдал за полетом большой черной мухи, залетевшей в открытое окно его кабинета. Неудачные выступления его спортсменов на последних ежегодных соревнованиях оттолкнули от «Небесных молний» немногочисленных спонсоров, и сейчас Август, не зная, как свести баланс за прошедший месяц, тупо наблюдал за фигурами высшего пилотажа в исполнении насекомого.

А ведь еще совсем недавно он строил честолюбивые планы на будущее и видел во сне, как в старые добрые времена, свою фотографию на газетных полосах. А теперь все рухнуло. Хотя к этому краху клуб шел постепенно, но неотвратимо, как дом, подтачиваемый древоточцем. Виной всему — его жадность и глупость, из-за которых он взял в компаньоны Джеки Профинтэр, соблазнившись на предложенные ею деньги и решив, что молоденькая девчонка не будет помехой в его бизнесе.

Пользуясь тем, что владелец клуба имеет право выступать на соревнованиях, Джеки, одержимая космическими гонками, умудрилась за полгода разбить два новых спортивных болида, в результате чего их клуб понес невосполнимые убытки. Фотография Августа Черницки как самого неудачливого бизнесмена от спорта, правда, все же попала в газеты. Из «Небесных молний» стали уходить лучшие гонщики. О, как он желал, чтобы эта маленькая ведьмочка сломала себе шею на каком-нибудь вираже. Лопалась обшивка, корежились корпуса, взрывались двигатели, а Джеки Профинтэр выходила из всех переделок без единой царапины.

Хлопнула входная дверь. Август вздрогнул: «Кто это может быть?». Он никого не ждал. Быстро схватив со стола первую попавшуюся газету, он с сосредоточенным видом принялся изучать спортивную страничку. Наконец в коридоре послышались шаги, и к нему в кабинет вошли два человека. Их внешний вид не внушал Августу никакого оптимизма, а массивные рукоятки бластеров, торчавшие из кобуры у каждого на поясе, сулили ему лишь одни неприятности. Трясущимися руками Август Черницки с достоинством отложил газету в сторону и, вспоминая, кому он задолжал за прошлый месяц, надменно обратился к вошедшим:.

— Чем обязан, господа?

Посетители молча уселись напротив. Один из них взял со стола газету, которую только что читал Черницки, и принялся с равнодушным видом перелистывать желтые страницы. Наконец другой, в куртке из крокодиловой кожи, спросил:

— Вы хотите заработать сто тысяч?

На мгновение воцарилась напряженная тишина, в которой слышалось только равномерное жужжание мухи. Для Августа это предложение было полной неожиданностью. «Сто тысяч! — эта сумма поможет мне вылезти из долгов. С такими деньгами можно и закрыть дело. Или лучше выкупить долю Джеки, — лихорадочно заработал мозг Августа. — Но что они за это хотят? Кого-нибудь сбить на следующих гонках? А если я откажусь?»