Читаем Система полностью

– Сейчас отправлю, – Монтана машет рукой, словно отгоняет муху, и забегает в подъезд.

– Где Никулин? – кричит он с порога дневальному.

– Там в Ленинской, телик смотрит.

Монтана забегает в Ленинскую комнату, где Ник и ещё несколько черепов смотрят какой-то видак.

– Ник, выручай! – Монтана подсаживается к маленькому коренастому сержанту и кладёт руку ему на плечо. – Подмени в наряде, тема срочная нарисовалась.

– Какая тема, слушай Серёга, ты задрал уже со своими темами. Как выходной, так у него тема. Ты когда долги отдавать собираешься?

– Железная тема, братан! Я такую чиксу зацепил, просто бомба. Если всё нормально пройдёт, попрошу, чтобы с подружкой тебя познакомила.

– Ага, у бомбовых чикс подружки обычно страшнее крокодила. Ну ладно, ты только утром явись, а то Томилов опять бучу подымет.

– Всё будет тип-топ, братан! От души! – кричит Монтана, выбегая из комнаты.

– Жулик где? – снова кричит он дневальному.

– На хоздворе, Мыша с Дятлом строит.

Монтана выбегает на лестничную площадку и кричит в окно, выходящее на хоздвор.

– Саня, поднимись ко мне, дело срочное! – Вечно мрачный ефрейтор кивает, даёт увесистого пинка длинному тощему духу, и не спеша, направляется к подъезду.

– Чего тебе? – угрюмым басом спрашивает Жулик, поднявшись в казарму.

– Братуха, дай чего-нибудь путного из гражданки, у меня бутор один.

– Ты чё в увал идёшь?

– Нет в самоход до ночи, в лучшем случае до утра.

– Чиксу что ли склеил? Когда успел? – уголок рта Жулика приподнимается. Эта полуулыбка, самое весёлое выражение его лица.

– Там, на КПП, потом расскажу времени нет. Я там видел, у тебя водолазка белая есть, коры найковские и кожан нарядный.

– Коры новые, сам только раз одевал. Ты не ушатаешь?

– Обижаешь, братан, всё будет как новенькое.

– Должен будешь, – Жулик снова становится угрюмым и молча идёт в сторону каптёрки.

– А тебе подойдёт? – он вынимает из спортивной сумки аккуратно сложенную одежду, кожаную куртку и кроссовки в полиэтиленовом пакете.

– Базара нет, у нас же размер один с тобой.

Монтана тут же скидывает китель и нательную рубаху. На минуту задерживается перед зеркалом с голым торсом, напрягает бицепсы, и довольно кивает сам себе, убедившись, что красотка сделала правильный выбор. Потом скидывает зелёные брюки и в ужасе замирает перед зеркалом.

– Трусы бля… – синие армейские парашюты сильно диссонируют с образом крутого мачо, который Монтана уже мысленно выстроил.

– Санька, а трусы есть нормальные?

– Чего нет, того нет. А ты чё думаешь, до этого дойдёт?

– А на кой хер я тогда иду? – нервничает Монтана.

– У Шакомала их целая стопка в тумбочке, он каждый день меняет, но если узнает, что взял, закипешует.

– Да я их постираю и на место положу, он всё равно в увале, так что не узнает даже, – Монтана радуется удачному решению вопроса.

– Ещё бобла нужно. Займи штук тридцать.

– Ты чё охуел? За такие бабки двух проституток отоварить можно. Да у меня и нету сейчас. Это разве что у поварёнка.

– А где поварёнок?

– В столовой, где ему ещё быть.

Монтана наспех завязывает кроссовки и снова выбегает из располаги.

Спустя полчаса он уже семенит вниз по Гагарина. Новые кроссовки почему то скользят по весенней наледи, которой плотно покрыт тротуар. Монтана периодически поглядывает на массивные часы, без спросу заимствованные вместе с красивыми зелёными трусами из тумбочки Шакомала. В нос бьет приторный запах духов, ( всё из той же тумбочки), которыми Монтана обильно, в два слоя полил свой торс. По пути забегает в цветочный ларёк, где берёт роскошный букет из трёх роз завёрнутых в кусок целлофана и спешит к заветной кафешке. «Только бы не продинамила», – крутится в голове одна единственная мысль.

Перед стеклянными дверями кафе нервно выкуривает две сигареты подряд и наконец-то решается зайти. В субботний вечер кафе переполнено галдящей толпой. С порога в нос бьет запах табака и колдырки. Все столики заняты большими шумными компаниями, и даже проход забит танцующими под «Ласковый май» телами. Монтана какое-то время растерянно стоит в проходе, но потом, в углу возле стойки, видит тонкую ручку, которая изящно играя тонкими пальчиками, манит его к себе.

– Привет! А ты смотрю преобразился, хотя военная форма тебе больше идёт – Лара улыбается, и большие глаза сходятся в лисьи щелочки. Она сидит на высоком барном стуле прямо в пальто и потягивает коктейль.

– Это тебе! – Монтана протягивает букет, растягивая тонкие губы в улыбке.

– Ой, как мило! Я так люблю розы. Муж последний раз цветы на свадьбу дарил. – Лара берёт букет обеими руками и окунает туда лицо, как будто пьёт из большого кубка.

Свободных стульев больше нет, и Монтане приходится стоять за стойкой рядом с роковой красоткой.

– Тебе что заказать? – спрашивает он.

– Да я пока коктейль допью, бери себе чего нибудь.

Монтана заказывает себе двойную водку со льдом и , жадно глотая, выпивает сразу весь бокал как изнурённый жаждой человек.

– Обожаю людей, которые красиво пьют, – снова по лисьи улыбается Лара.

– Русские после первой не закусывают, – говорит Монтана, выплёвывая в бокал кубики льда.