Читаем Система полностью

Вебер сегодня вытаскивал козыри из рукава один за другим. Ким ошарашенно пожал плечами.

– Понятия не имею.

– Я думаю, что имеете. Вы должны вспомнить, сообразить и сообщить вашей хозяйке, – он подбородком указал на меня.

– Если все понятно, все свободны. Встречаемся здесь же через сутки. С результатами.

Мне страшно хотелось поговорить с Мелли и не хотелось с Кимом, но вышло, конечно, наоборот. Мелли почти выбежала из комнаты, стараясь не смотреть мне в глаза, за ней быстро последовала Клара. А Ким, как ни в чем не бывало, пошел к моему беспилотнику.

– Поговорим? – спросил он, когда мы взяли курс на мои апартаменты, и показал глазами на свой левый карман, где хранил карандаш.

Я покачала головой, давая понять, что откровенными мы сейчас быть не можем.

– Надо работать, Андрюш, – ответила я устало. – Господин Вебер поставил нам задачу, ее необходимо выполнить. Откуда в твоей голове взялось это скребаное слово?

– Да не знаю я, – он развел руками.

Я посмотрела ему в глаза и поняла, что он говорит правду. Ладно.

– Я сейчас выдам тебе твои скрининги пятилетней давности. Ищи сам.

Он тяжело вздохнул.

Я передала Киму его скрининги и взялась за Исинбердыева с Бхупадой. Работенка мне предстояла муторная, тяжелая, но не сложная. Я уверена была, что оба Координатора чисты как капля тринадцатибалльной минералки, так оно и оказалось. В период обнуления Махатмы и Ирбис состояние обоих чиновников было самым обычным. Никакой погрешности. Никаких статистических сбоев. Чистое алиби. На всякий случай я проверила момент, когда впервые прозвучала новость о падении Махатмы. Реакцией обоих были удивление и испуг. Сделала выборку на трое суток до и трое суток после. Ничего необычного.

Оба ни при чем. Даже если они подчищали свои скрининги, все равно должны были бы остаться хоть какие-то ошметки. Следы чистки. Система работала как идеальный детектор лжи, убрать все было невозможно. Потому что невозможно притворяться каждую секунду двадцать четыре часа в сутки на протяжении шести дней. Индира и Мурат не входили в Сопротивление. А жаль.

С Кимом вышло куда интереснее. Я закончила работу, свернула все голограммы и пошла в Кимову комнату. Точнее, в ту комнату, которую выделила ему, пока он у меня живет. Ким сидел в полутьме, уставясь в монитор, обхватив голову руками, на его небритом лице застыло выражение страдания.

– Ну-ну, Андрюш, – сказала я, включая мягкий свет. – Ты чего такой? Есть хочешь?

– Хочу. Не хочу. Не знаю. Ну не могу я вспомнить!.. – простонал он. – Хоть убейте.

Я развернула монитор к себе. М-да… Глубоко он закопался.

Пять лет назад в голове у Кима было чисто, уютно и красиво, как в семизвездочном отеле Буклийе. Он работал в А-плюсе, прекрасно зарабатывал, влюблен был, кстати, в одну девицу, подумывал о женитьбе, был доволен жизнью, собой, Системой и ни о каких революциях и Сопротивлениях даже и не помышлял. Если бы тогда ему сказали, что пять лет спустя он будет бороться с действующим государственным устройством, он бы рассмеялся этому человеку в лицо. Но при этом слово «Сопротивление» он действительно произнес первым. Связано это было опять-таки с девицей.

Я посмотрела на ее фото. Ничем не примечательная мулатка. Подбородок чуть выдается вперед. Губы очень полные. Что-то африканское во внешности, особенно в профиль. Звали ее Лу, она была ровесницей Кима и тоже работала топовым биоби-мастером.

Я бегло проглядела отчеты об их связях. Ничего такого необычного, все довольно банально: Лу была скромницей, ее нужно было уговаривать, Кима это заводило. Во время одной из таких встреч и прозвучало то самое слово.

Они валялись на кровати и болтали. Все было, как обычно. Ким рассказывал какие-то веселые глупости, Лу смеялась, а потом спросила:

– Ты меня любишь?

– Ненавижу, – ответил Ким.

Лу бросилась на него с кулаками, они боролись и целовались.

– Любишь меня? – настаивала Лу.

– Говорю же: ненавижу.

– Негодяй! Кого же ты любишь?

– Никого! Я всех ненавижу.

– А себя?

– Себя сильнее остальных, я мерзок.

– А Систему? – спросила вдруг Лу лукаво.

Ким запнулся.

– Систему я люблю, – ответил он серьезно, помедлив.

– Всю или частично? – не унималась Лу.

– Всю.

– Воооот!.. – закричала Лу. – Вот ты и попался! Я же – часть Системы, значит, ты меня тоже любишь!

– А тебя нет! – заорал Ким, набрасываясь на нее. – Тебя ненавижу!

– Как это может быть?

– Да запросто! Я, может, из этого… как его… из Сопротивления!

– Ха-ха-ха-ха-ха! Тогда сопротивляйся!..

Дальше они уже не разговаривали, а занялись делом.