Читаем Сирены полностью

Бэб знал это, и в тот последний вечер она чувствовала, что он собирается отослать ее домой в последний раз, навсегда. «Ради твоего же блага, мама», – сказал бы он. «Все знали, что мне нужно лучше меня, – думала Дайна, ведя „Феррари“ в сторону деловой части Лос-Анджелеса. – Боже, я была таким невинным ребенком тогда. Однако до определенного момента все люди таковы, и первые разочарования самые болезненные».

Дорога вперед слегка расчистилась; машины вытянулись в извилистую линую. Включив четвертую скорость, Дайна нажала на газ, и пришпоренный зверь рванулся вперед, загудев от радости. Дайну прижало к спинке бордового сидения. «Вперед, – повторяла она про себя. – Вперед, вперед, вперед!»

Впервые в жизни она испытывала ощущение завершенности. В ее душе появилось нечто, чего там прежде никогда не было. Только теперь Дайна почувствовала себя человеком во всех отношениях равным любому представителю мужского пола. Однако это несомненно не означало, что она приобрела мужские черты; на сей счет Дайна не волновалась, будучи уверенной в обратном. Что же произошло с ней? Дайна думала о том, что она сделала для Криса. Только теперь она осознала до конца всю леденящую подоплеку того эпизода. Что, если б она не... Ответ на этот вопрос так же не вызывал сомнений: сейчас Криса уже не было бы в живых.

Какая сила заставила ее подобрать тот пакетик? Зачем отдавать его теперь Бонстилу? Сумеет ли он обнаружить в порошке следы чего-нибудь, кроме героина? Она ощутила холод предчувствия в груди. «Во что я ввязалась? – вопрошала она мысленно. – Мэгги, внучка известного политического деятеля, погибла от примеси отравы в героине. Однако прежде ее пытали, возможно сводя политические счеты...»

Дайна притормозила перед поворотом, потом опять включила третью скорость. Перед ее мысленным взором стоял пластиковый пакетик, лежавший на полу в ванной в номере Криса. «Что если Крису подсунули то же, что и Мэгги? Что если экспертиза установит, что это не случайное совпадение? – рассуждала она про себя. – Или все это бред, порожденный моим воспаленным воображением». Она почему-то никак не могла убедить себя в этом, хотя в течение нескольких минут применяла на себя роль «адвоката дьявола». Она, хоть убей, не верила в подобные совпадения.

Полицейский участок выглядел точно так же, как в прошлый раз, напоминая своим видом вереницу составленных в круг повозок переселенцев в ожидании нападения индейцев. Она еще не успела выйти из «Феррари», как услышала знакомый голос.

– Мисс Уитней!

Она увидела Эндрюса, патрульного, в прошлый раз доставившего ее сюда к Бонстилу. Он как раз спускался по ступенькам крыльца здания.

Дайна широко улыбнулась ему.

– Как у вас дела?

– Замечательно, мисс Уитней. Просто замечательно. – Он улыбнулся и слегка замялся. – Вот это тачка. – Он погладил машину так, точно она и впрямь была живой. – Куда нам до такой!

– Кстати, патрульный, как вас зовут?

– Пит, мэм. А это Гарри Брафман. – Он показал большим пальцем через плечо на своего напарника пониже и потемней, чем он, примерно того же возраста. Тот молча кивнул. – Мы оба в подчинении у лейтенанта Бонстила.

– Вы знаете, где он сейчас? У меня к нему важное дело.

– Конечно. Он на пирсе Санта-Моника. Мы как раз направляемся туда. Если хотите, можете присоединиться к нам.

– Не знаю, стоит ли. Пит, – вмешался Брафман. Он нахмурился. – Ты ведь знаешь, какая там обстановка. Нам ведь запрещали пропускать гражданских лиц в оцепленную зону под каким бы то ни было предлогом.

Эндрюс в ответ на слова товарища только махнул рукой.

– Мисс Уитней и лейтенант старые друзья. Если она говорит, что у нее есть дело к нему, он наверняка захочет узнать об этом.

Брафман окинул глазами фигуру Дайны с головы до ног. На его лице появилась слабая усмешка.

– Против этого мне нечего возразить, – сказал он.

Возле пирса действительно творилось что-то неладное. Еще прежде, чем они добрались до Санта-Моника, Дайна услышала пронзительный вой сирен и порадовалась тому, что у нее есть эскорт в лице Эндрюса. В противном случае ей ни за что не удалось бы даже приблизиться туда.

Она насчитала по крайней мере полдюжины полицейских автомобилей, а подъехав поближе, увидела бронемашину, с громыханием покатившую прочь от пирса. Все подступы к месту событий перекрывали баррикады из деревянных козел, а каждого прибывшего тщательно проверяли.

Эндрюс и Брафман вылезли из машины и, поручив кому-то из стоявших в оцеплении патрульных проследить за «Фордом», повели Дайну за заграждения.

Пирс был наводнен полицейскими, одетыми в штатское. Дайна увидела беззвучно мигающие красные огни и широко открытую заднюю дверь машины скорой помощи. Внутри нее никого не было. Слева поодаль двое фельдшеров в белых халатах поднимали что-то с земли и клали на носилки на колесиках. В стоявшем рядом с ними медике Дайна узнала высокого судебно-медицинского эксперта, приезжавшего в дом Криса и Мэгги в день убийства вместе с Бонстилом. Приглядевшись, она увидела, что он запихивает в рот часть чизбургера.