Читаем Сирены полностью

– Никто не делает из тебя клоуна. – Взяв пальцами подбородок Рубенса, она заглянула в его глаза снизу вверх. «Они такие прекрасные», – подумала она. – Кроме того, я хочу, чтобы ты предоставил мне самой управиться с этим.

– Я не..., – он вдруг осекся, увидев какое-то совершенно незнакомое выражение в ее глазах и, подумав, кивнул.

– Теперь, когда все улажено, расскажи, что такого тебе наговорила Берил.

Рубенс грустно усмехнулся.

– Собственно, это меня и задело. Она сказала, что из-за твоего романа с Крисом, мнимого или настоящего, тебе уделили много места в журналах типа «Роллинг Стоун» и «Пипл». Не позабыв, разумеется, напечатать серию снимков, сделанных в «Дансерз» в тот вечер, когда вы с Крисом были там. У Берил не было недостатка в фотографиях.

– Значит, я должна благодарить Тай? – она усмехнулась.

– О, да. Не сомневаюсь, ты преуспела в этом. – Он взял ее руку в свою. – Ладно, давай затащим внутрь твои чемоданы.

Когда они вернулись в гостиную. Дайна, указывая на горящий камин, заметила:

– Пожалуй, в нем нет сейчас особой нужды, а?

– Я растопил его вовсе не для тепла, – объяснил он. В этот момент у входной двери раздался звонок колокольчика. Рубенс бросил взгляд на свои часы, но не тронулся с места. – Для дела. У меня встреча с Майклом Кроуфордом и Беном Понделлом. – Дайна вспомнила имена на коробках с лентой. – Ты должна помнить их.

– Я знаю их довольно плохо.

– О, ну к тому моменту, когда они уйдут отсюда, ты успешно восполнишь этот пробел, – бросил он, идя к парадной двери.

* * *

Широкоплечий розовощекий Кроуфорд и светловолосый толстяк Понделл составляли неразлучную парочку, прославившуюся созданием светового оформления для юмористической телевизионной передачи, поднявшейся на вершину списка популярности в течение уже первого года. Поработав в ней еще один сезон по новым контрактам, они получили астрономические суммы и решили податься в кинематограф. Картина «Над радугой» стала для них, таким образом, своего рода боевым крещением. Им обоим было под тридцать, и, насколько могла судить Дайна, основываясь на своем, правда весьма скудном опыте общения с ними, ни Понделл, ни Кроуфорд не испытывали недостатка в заносчивости и самоуверенности, неотъемлемых черт счастливчиков, заработавших мгновенную популярность благодаря телевидению. Тем не менее, чувствуя силу и оригинальность их талантов, Рубенс решил поставить на них.

Он весь прямо-таки светился радостью и гостеприимством, указывая им путь через длинный коридор в гостиную.

– Вы знакомы с Дайной? – спросил он.

– Ага, – ответил Кроуфорд. Понделл молча кивнул. Он сразу же почувствовал себя неуютно и продолжал стоять, лихорадочно перебирая пальцами рук. Кроуфорд, наоборот, преспокойно уселся на кушетку напротив камина, закинув ногу на ногу. Он был одет в льняной костюм оливкового цвета, из-под которого торчал распахнутый ворот серо-желтой полосатой рубашки.

В противоположность ему Понделл вырядился в вытертые джинсы, изношенные кроссовки и желтую майку с надписью «Пиво Курс», выведенной синей краской на груди. В такой майке он казался еще массивней, чем был в действительности.

– Хотите чего-нибудь выпить? – предложил Рубенс, зайдя за стойку бара.

– Отличная идея! Понделл оживился, глаза его заблестели. – Давай пива, – когда он открывал рот, лицо его превращалось в резиновую маску.

– Майкл?

Кроуфорд поболтал в воздухе ногой, лежавшей на костлявом колене.

– Мне скотч-виски. Неразбавленный, пожалуйста. Выполнив их заказы, Рубенс вышел из-за стойки.

– В чем, собственно говоря, дело, черт возьми? – начал Понделл, жадно прикладываясь к бутылке. – Мы должны снимать, а не протирать здесь штаны, как члены какого-нибудь вонючего клуба. У нас до черта работы!

Потягивавший свой скотч, Кроуфорд нахмурился.

– Нет, Бенни, – возразил он, не глядя на Понделла, – надо уметь проявлять терпение. В конце концов, весьма возможно, что у мистера Рубенса есть хороший повод для проведения нашей встречи.

– Таких поводов вообще не существует в природе, – отозвался Понделл. Влив в себя остатки содержимого бутылки, он громко рыгнул и спросил. – Можно еще?

– К твоим услугам, – Рубенс указал рукой на бар.

– Но ты знаешь, – медленно протянул Кроуфорд, словно тщательно обдумывая каждое слово, – Бенни все же смотрит в корень. Нам предстоит еще целая гора работы над фильмом.

Дайна поняла, что попала на спектакль бродячей труппы. Впрочем, следовало признать, что они оба отлично исполняли свои роли. И тот, и другой отпускали свои замечания, не задумываясь.

– Да, кстати, насчет работы, – вступил Рубенс, словно дождавшийся своей очереди. Он умудрялся каким-то образом смотреть одновременно на обоих гостей. – Боюсь, что ее придется подсократить.

Казалось, на мгновение эти слова повисли в воздухе, точно на лету замершие капельки дождя. Затем в гробовой тишине раздался смех. Смеялся Кроуфорд, и Дайне никогда еще не доводилось слышать звуков более странных, чем те, которые он издавал – высоких и пронзительных.

Хлопнув себя по ноге, он весело заметил, обращаясь к товарищу.