Читаем Сирены полностью

Просто еще одна иллюзия, которая растворилась бесследно в первых лучах восходящего солнца, как будто ее вовсе и не было.

На Олд Малибу-роуд было так тихо и пустынно, что они ясно слышали мягкий шелест морских волн по левую сторону от дороги. Дайна затормозила перед поворотом и припарковала машину на обочине.

Крис спал, привалившись к дверце. Она нежно встряхнула его за плечо, и он приоткрыл глаза.

— А?

— Мы вернулись домой.

— Домой?

Дайна вылезла и, обойдя машину, открыла дверцу с его стороны.

— Да, домой. К Мэгги.

— Мэгги. Ну да. — Он принялся растирать веки. — Я видел сон. — Дайне пришлось наклониться, чтобы помочь ему выбраться наружу. — Это было в Суссексе. — Он обращался скорее к самому себе. — Давненько я там не бывал.

Он грузно навалился на Дайну.

— Крис, мне надо ехать на работу.

— Мне приснился Ион; он помахал мне рукой, стоя на пороге кухни. Он просто поднял руку и махал ей долго, точно звал меня к себе. Странно.

Она стала медленно и осторожно вести его к входной двери.

— Что тут странного?

Его голова мотнулась, и он чуть было не упал, споткнувшись, когда они ступили на песок. Искоса посмотрев на Дайну, он глухо сказал: «Ион мертв».

Она кивнула, помогая ему взойти по ступенькам. Это потребовало немало усилий и терпения.

— Ион умер давным-давно, — Дайна сказала это тоном матери, старающейся утешить плачущего ребенка.

Крис кивнул в ответ и, оторвавшись от нее на маленькой веранде перед входом в дом, вцепился в деревянные перила. Покачнувшись, он едва не упал на большой горшок с каким-то растением. Вся краска сбежала с его лица, а нижняя челюсть безвольно отвалилась. На мгновение Дайне стало страшно, когда она представила, что он может натворить в таком состоянии. Однако затем ему удалось взять себя в руки и, повернувшись к ней, он оперся спиной о перила крыльца.

— Давным-давно, — повторил он хриплым голосом вслед за Дайной, странным потусторонним эхом отзываясь на ее слова. — Я был там.

«Пожалуй, вполне достаточно», — решила она про себя. Приблизившись к Крису, она взяла его под локоть и подвела к двери.

— Я знаю, — сказала она сочувственно.

— Ты ничего не знаешь.

Она умудрилась дотянуться левой рукой до дверной ручки и попыталась повернуть ее. Та не поддалась, и Дайна, подумав вначале, что дверь заперта, вдруг сообразила, что крутит ручку не в ту сторону. Через мгновение дверь распахнулась.

Крис уже пребывал в таком состоянии, что Дайне пришлось чуть ли не втаскивать его в прихожую.

— Мэгги? — позвала она.

Все огни в доме горели, и Дайна прищурилась от нестерпимо яркого света. Она была слишком поглощена возней с Крисом, чтобы обратить внимание на странную иллюминацию, пока находилась снаружи.

Они добрались до гостиной, и Дайна застыла как вкопанная, не в силах пошевельнуться. Крис, чья голова моталась у ее плеча, встрепенулся и заморгал.

— Боже! — выдохнула Дайна.

— Что, черт возьми, здесь произошло?

В комнате царил страшный разгром. Длинная обтянутая кожей софа была опрокинута набок, а на подушках и задней стенке виднелось множество порезов, таких длинных, словно они были сделаны мачете. Восточный ковер казалось побывал в пасти бешеной собаки. Книжные полки стояли пустые, и повсюду белели страницы, яростно вырванные из книг. Толстый том «Лорда Джима» Джозефа Конрада валялся на полу со сломанным переплетом. Рядом лежала книга о гадании по картам с начисто оторванной обложкой.

Громадная стереосистема была вся разворочана на части: металлические детали искорежены, а пластик и стекло разбиты вдребезги. От гигантских колонок остались одни пустые скелеты коробок, внутри которых жалко болтались оборванные провода. По крайней мере, это можно было с уверенностью сказать о той, что располагалась ближе к входу в гостиную. Другая была повернута передней частью в сторону столовой.

— Мэгги! — еще раз крикнула Дайна, направляясь туда. Ее взгляд упал на расколотую крышку столика из дымчатого стекла, всю покрытую паутиной трещин. Дайна перешагнула через изодранные в клочья страницы биографии Сервантеса и в тот же миг увидела, что находилось внутри выпотрошенной коробки дальней колонки.

Некогда это являлось мыслящим и чувствующим человеком. Однако Дайне пришлось убеждать себя поверить этому, так как то, что открылось ее глазам очень отдаленно походило, на человеческое тело.

Лицо представляло собой примерно такое же зрелище, как крышка столика. Оно было лишь на четверть прикрыто свесившимися вниз волосами. Куски голого покрасневшего черепа виднелись на месте вырванных с дикой свирепостью прядей. Обе ноги и, по-видимому, одно плечо были сломаны, когда труп запихивали внутрь колонки. В некоторых местах из-под искромсанной и истерзанной плоти проглядывали белые и розовые кости. Все вокруг было залито кровью, уже начавшей подсыхать в тех местах, где она не скапливалась в лужи.

Дайна вскрикнула, но тут же зажала рот побелевшими костяшками пальцев. Она укусила себя за руку, но не почувствовала боли и изо всех сил вонзила ногти в ладони.