Читаем Синий краб полностью

Есть истина в понятии одном. Она – весомей многих аксиом. Необратимость времени – она, Спокойствия и мудрости полна. Пускай судьбою горькой обречён Ты жить во тьме и ночи много лет, Смотри – ты строчки краткие прочёл, И на мгновенье ближе стал рассвет. Всего на миг, на краткий шаг в ночи. Но не горюй, и он в цепи звено… О нём подумай, тихо помолчи. Мгновенью возвратиться не дано. В любой судьбе – пускай хоть камни с гор, Пускай хоть ветер лупит по лицу, Верны мы или не верны себе — Мы всё равно всегда идём к концу. Но не к тому, который отнесён В разряд унылых и печальных дат. К тому, когда ты скажешь: – Вот и всё… — И станут памятью прошедшие года.

Около 1972 г.


***

Заросшая узкоколейка — Путь из волшебной страны; Тополя листики клейкие, Запах поздней весны. Светкин пушистый локон У твоего лица… Свет из знакомых окон, Мамин голос с крыльца… Дождики босоногие… Мяч футбольный в пыли… Это было у многих. А многие сберегли?

1972 г.


***

Я видел сон: как будто, падая в траву, Рву плоский браунинг из заднего кармана, А впереди, средь клочьев мокрого тумана, Идут враги – все те, кто враг и наяву. Я навожу на них тупой короткий ствол, И пистолет с отдачей прыгает в ладони… О если б знали вы, какое торжество - Стрелять и видеть, как срезает мой огонь их! Они, крича, бегут сквозь реденький лесок, А я стреляю вслед и чувствую отдачу… Потом жалею об одном: что это сон. И от того, что в сны не верю, чуть не плачу.

1972 г.


О трубачах

Всё спит в тропической ночи, Лишь звёзды полыхают свечками. В постелях охают курортники, Лелея боль сгоревших спин… А нам бы снились трубачи — Сердитые и остроплечие — Да вот никак они не снятся: Всё дело в том, что мы не спим. На внешнем рейде дремлют танкеры — И здешние, и иностранные, И в кубрик сны приходят странные: Про марсианские моря… А нам бы снились трубачи — Все маленькие и упрямые, Спокойно-дерзкие, те самые, Что вдруг в ночи заговорят — О том, как стоптанный асфальт Взорвётся яростными травами, И ляжет на плечо мальчишечье Ладонь зелёного листа, Когда трубы звенящий альт Расскажет всем, как были правы мы, И в наступившем вдруг затишье Всё встанет на свои места.

1972 г. 


***

Перейти на страницу:

Похожие книги

Чикатило. Явление зверя
Чикатило. Явление зверя

В середине 1980-х годов в Новочеркасске и его окрестностях происходит череда жутких убийств. Местная милиция бессильна. Они ищут опасного преступника, рецидивиста, но никто не хочет даже думать, что убийцей может быть самый обычный человек, их сосед. Удивительная способность к мимикрии делала Чикатило неотличимым от миллионов советских граждан. Он жил в обществе и удовлетворял свои изуверские сексуальные фантазии, уничтожая самое дорогое, что есть у этого общества, детей.Эта книга — история двойной жизни самого известного маньяка Советского Союза Андрея Чикатило и расследование его преступлений, которые легли в основу эксклюзивного сериала «Чикатило» в мультимедийном сервисе Okko.

Алексей Андреевич Гравицкий , Сергей Юрьевич Волков

Триллер / Биографии и Мемуары / Истории из жизни / Документальное
100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука