Читаем Синемарксизм полностью

«Темный рыцарь: возрождение легенды» – это фильм на старую тему: в основе социального радикализма лежит ненависть к жизни как таковой. Революция служит Танатосу, хоть и скрывает это. За риторикой передела собственности и расширения прав неслышно тикает адская машина, которая уничтожит весь город. За всяким «народным самоуправлением» скрыт безжалостный харизмат, который и есть острие нашей ненависти к самим себе и своей цивилизации. Не только я смотрел этот фильм. Его вполне могли смотреть летом 2012-го братья Царнаевы (или кто там взорвал бостонский марафон?). Уж очень узнаваема стадионная сцена патриотического пения и спортивного единения города в начале бейсбольного фестиваля, прерванного взрывами прямо на поле. Возможно, фильм внимательно посмотрело и руководство Северной Кореи. Во всяком случае, в 2013-м оно занялось именно тем ядерным шантажом, позволяющим сохранять изоляцию, которым занимался антипод Бэтмена, захвативший город и отрезавший его от мира. Наверняка фильм понравился и Лимонову. Бэйн («Возмездие») кричит на ступенях освобожденной тюрьмы: «Мы разделим их богатства!» Фактически это «Отобрать и поделить!», не говоря уже про «Россия без тюрем!». Жизнь подражает популярному кино. Из фильма я запомнил пару остроумных мест. «Это фондовая биржа, здесь нечего красть», – говорит один из главных брокеров Бэйну, захватившему здание. «Тогда что ты тут делаешь?» – переспрашивает Бэйн, прежде чем с наслаждением убить брокера. Конечно, это не просто дань риторике «Оккупай Уолл-стрит», но и переделанный Брехт: «Что такое ограбление банка по сравнению с основанием банка?» Остроумен и образ топ-менеджера, который никак не среагировал, когда ломали шею его боссу, а потом, когда попал в революционный суд (среднее между судом Линча, трибуналом Французской революции и сталинским «быстрым правосудием»), пытался себя спасти, крича: «Я один из вас!» Однако ему не поверили, и он ушел под лед. Полемика о том, являются ли (и в какой степени) высокооплачиваемые менеджеры, приближенные к владельцам, наемными работниками, или все же они относятся к «замаскированной буржуазии», ведется среди левых не первый год.

Фильм «Аватар» Кэмерона (2009) дает полное представление о том, как «по-экологически» видят планетарную революцию голливудские левые: альянс разочарованных в патриотизме и милитаризме ветеранов войн + ученые, ведомые бескорыстной любовью к знанию, + благородные дикари, чуткие аборигены, не утратившие связи с мудрой природой и разумной, фрактально организованной материей (синергетика, нью-эйдж, все голливудские леваки немного хиппи). Т. е. составной субъект революции тут понят в духе новых левых – травмированные системой специалисты + независимые интеллектуалы + народы третьего мира, порабощенные империализмом. Этот единый фронт выигрывает партизанскую войну против генералов и корпораций, т. е. против авторитарного типа психики и бесчеловечных / антиэкологичных рыночных интересов. Причина революции – одержимые прибылью корпорации и генералы колониальной армии, зацикленные на иерархическом насилии (упорядочивающем их мир), решили отнять у благородных аборигенов их прежнюю среду обитания. Для голливудских левых вымышленные «аборигены» как массовая база восстания заменили собой прежних «индустриальных рабочих», на которых принято было рассчитывать сто лет назад. Главная проблема с этими благородными высокодуховными дикарями в том, что они не существуют и никогда не существовали в реальности. Это условные «индейцы», которых выдумали и культивировали хиппи в 1960-х. Поэтому их образ предлагается недовольным системой неформалам в дредах и с татуировками как еще одна вакантная роль и нестыдная идентичность в большом косплее позднего капитализма.