Но к ней подлетела Валентина и вытащила за руку из-за стола, затем из комнаты.

После этого милого эпизода все старательно делали вид, что увлечены тортом, но по молчаливому согласию завершили ужин за пять минут. И в полнейшей тишине услышали, как громко хлопнула входная дверь. Вероника ушла из дома. Валентина сначала дернулась, возможно, чтобы ее догнать, но передумала и вернулась с каменным лицом. Гости встали, начали прощаться и говорить дежурные, уже совсем не искренние слова. Даша сходила в ванную – привести себя в порядок, и позвонила Славе, сказав, что они выходят.

– Мы доедем сами, я раньше не смогла позвонить. Все закончилось стремительно.

– Понятно, – ответил Слава. – Я допускал подобное развитие. Выходите. Я тут, у подъезда.

Скандал

Той ночи не было. Был странный кусочек жизни без часов, без темноты и солнечного света, без всякого сходства с событиями и ощущениями Дашиного реального бытия.

Слава привез ее домой, проводил до двери квартиры, даже начал прощаться и вдруг шагнул за ней в прихожую. И Даша потом не вспомнила, позвала она его или нет. Ничего не было. Никаких громких слов и ярких свершений. Просто в обычной, привычной до самых крошечных мелочей обстановке Дашу вдруг окутало теплое облако покоя, защищенности. И что совсем невероятно – неизведанной ранее уверенностью в том, что она сейчас уместна, приятна и хороша, как никто другой. Никто другой в течение тех минут на планете не был так обласкан влюбленным взглядом. Никому на свете не сказали молча так много. И она услышала то, о чем не было слов.

Нет, он, конечно, сказал и вслух, но скупо и как будто нехотя:

– Ох, какая ты сегодня. У меня просто нет сил это ни выразить, ни вынести… Не привык говорить комплименты. Но это не комплимент. Это факт.

Слава провел ладонью по Дашиной стильной стрижке, погладил ее по щеке, взял за руку и предложил:

– А давай сейчас заключим пакт об искренности. Как два суверенных и больше никому не доверяющих государства. Только правда, и ничего, кроме правды. По любому поводу. У меня никогда не было таких отношений с другим человеком. Более того, совсем не хотелось, особенно с женщинами. Но мне никогда и не казалось раньше, что я рядом с прозрачным родником, что на меня смотрят самые честные и невинные глаза. Может, звучит странно, но это так.

– Давай, – ответила серьезно Даша. – Мне тоже все сейчас кажется странным и… настоящим, что ли. Пошли пить чай?

Им было легко друг с другом молчать, говорить. Они обнимались и целовались, но пока целомудренно, как дети. То был кусочек жизни вне времени, стереотипов и даже стремящихся к победе инстинктов. Так безопасно было нежиться на том берегу, что им не хотелось ступить в горячий источник без дна. Но он уже был, ласкал Дашины ступни, заставлял временами тревожно хмуриться ее странного партнера по акту правды.

Слава ушел, когда сквозь шторы пробился первый солнечный луч. Даша лениво плавала по своей квартире, все еще согретой особенным теплом. Потом легла и хотела лишь одного: не уснуть слишком крепко, чтобы не заспать что-то самое важное. Но провалилась, а в восемь утра ее разбудил звонок.

– Даша, – сказал Слава. – Извини, что разбудил, но я решил, что лучше ты услышишь это от меня. Неприятность в доме Никиты. Он позвонил мне и попросил о помощи. Что-то плохое произошло у него с Вероникой. Валентина уехала рано по какому-то срочному вызову. А Вероника вызвала полицию. Там наряд, она рассказывает какие-то жуткие вещи о том, что Никита избил ее. Мне пока только по телефону доложили. Пишут протокол.

– Я еду туда!

– Не нужно. Только помешаешь. Подожди дома, я разберусь, и мы все решим. Может, получится быстро погасить. Надеюсь, он ей просто вмазал. И никакого вреда здоровью.

Даша встала и просидела в тупом оцепенении какое-то время. Слава не звонил. Она посмотрела на часы: уже начало первого! Набрала его телефон. Он не отвечал, а потом перезвонил сам.

– Я коротко. Все сложно. Вероника избита, Никита говорит, что она такой приехала домой. Ее заявление уже везде засветилось, протокол первичного осмотра отправлен. Потребуется медицинская экспертиза. Даша… Тут еще такая беда. Она утверждает, что он ее изнасиловал.

У Даши оборвалось и тут же обледенело сердце.

– Я должна предупредить Свету… Можно?

– В щадящем варианте. Ее слово против его слова. А у нас есть самый объективный и профессиональный эксперт, не забывай. Я могу его официально привлечь к расследованию. Дело будет возбуждено по месту их регистрации. Но уверен, помощь от меня примут.

– Да, пожалуйста… Масленников. Он особый случай.

Часть седьмая

Вероника