– А если не перестроюсь, то что ты мне сделаешь? В угол поставишь или отшлепаешь? – она смотрела на него откровенно блудливыми глазами.

– В детский дом. В Тулу! – рявкнул он и второй раз за ночь хлопнул дверью кухни, забыв попить.

Пил он из крана в ванной, захлебывался, давился, и вода казалась ему горько-соленой. Как же он попал. В такое полымя, какое нарочно не придумаешь. Он не может выносить ее дочь. Это слишком.

Особый эксперт

Лида позвонила Даше и сообщила, что Вася в совершенно необыкновенном стационаре-санатории. Там бассейн, огромный сад, тренажерные залы, у него отдельная комната. Огромное количество персонала, какие-то специалисты занимаются только им.

– Я знаю, сколько это стоит, только олигархам такое по карману. И даже этот фонд никому не помогает на сто процентов, так сказала директриса сначала. А потом твой Никита отдал распоряжение, чтобы Васе все за их счет. Там такое меню, такие фрукты, которых он никогда не видел… Я побывала у него, а потом ревела три часа. Так хочется, чтобы он научился радоваться хорошим условиям, вкусной еде. Он там за несколько дней стал просто загляденьем. Но в глазках все еще то пустота, то печаль… Не знаю, когда ему возвращаться к нам, в наши суровые будни… Ладно, я уже не о том. Я хочу, чтобы ты от меня поблагодарила Никиту. Я все время мозги выкручиваю, как это сделать. Думала приехать с цветами, но он же не женщина.

– Тут и я бы ничего не придумала, – рассмеялась Даша. – Что можно подарить Никите, если у него все есть, а он сейчас ничего не хочет. Он бросил Светлану, я тебе говорила. Об остальном не по телефону. Все сложно.

– Тогда просто найди слова, чтобы рассказать, как мы все ему благодарны.

– Постараюсь. А ты мне лучше фото Васеньки сбрось, ты же его там фотографировала?

– Конечно. Есть просто чудо-планы. Я хочу сделать настоящие, большие портреты. Кто знает, не перерастет ли он свою красоту.

– Дима же не перерос. Жду фотки. Обязательно съездим к Васе вместе. Пока поработаю для разнообразия. Я все еще переживаю историю с пропажей Светланы.

Даша не меньше часа рассматривала и пересматривала фотографии чудо-ребенка со странным недугом. Что-то невероятное, до чего хорош. А взгляд огромных синих глаз на детском личике такой взрослый, отстраненный, даже подозрительный. Как будто он видит опасность, которая где-то рядом коварно прячется от всех, кроме него. Но как же хорошо, что о нем сейчас по-настоящему заботятся. Что Никита при всех своих кошмарных недостатках все же в главном порядочный человек. Правда, Свету это мало утешит. Странная история с ней никак не закончилась, но Даша никому не хотела задавать вопросов. Ей понятно одно: это тот случай, который не стоит ворошить, как говорится. Вот и весь ее ум, который щедрый Слава рассмотрел в морщинке между бровями. Надо, кстати, купить крем от морщин.

Позвонил Масленников по рабочим делам. В конце разговора спросил:

– Не хотите попить кофе у меня? У меня такое впечатление, что вы стесняетесь задавать какие-то вопросы. Во время и после истории с вашей сестрой в вас появилась растерянность, что ли. И я это понимаю.

Еще бы он не понимал, эксперт в ранге ясновидящего. В одной статье о нем сотрудница его лаборатории так и говорит: «Он ясновидящий». Только не особенно хочется, чтобы тебя рассматривали насквозь. Конечно, хорошо бы он просветил других и рассказал ей. К примеру, про Никиту, Славу, даже Свету. Но сама Даша к такому рентгену не готова. В ней так уютно спят родные комплексы, страхи и наивные, смешные надежды, что пусть так и будет. Не надо им света.

Но пить кофе с Масленниковым она, конечно, помчалась. Ни одна встреча с ним не проходила для нее без открытий, новой информации и ответов на самые мучительные вопросы.

У него к кофе были еще и пирожные. Даша так разогрелась и расслабилась, что говорила обо всем, что приходило в голову. И обо всех тех, кто из ее головы просто не выходил. Лида, Вася, Света, Никита и… Да, она и о Славе что-то рассказала. Если честно, то почти все, что узнала: о его семье, об отношении к ней. О том, что они завтракали вместе и гуляли в сквере. Выложила, потом пошла в ванную умыться, посмотрела в глаза своему отражению и спросила: «Ну и на фига ты все это болтала? Нет слов, какая глупость».

Даша вернулась к очередной чашке кофе и последнему пирожному, а Александр Васильевич ей сказал: