Читаем Синдром Алисы полностью

– Это пропасть, из которой нет выхода. Пропасть, находящаяся за гранью понимания людей. Удаленный, неведомый вам мир, о природе которого вы, люди, не имеете даже малейшего представления. Но все миры отражаются друг в друге. Это как зеркало. Ты – это твой мир. Твое отражение – мой. Ты можешь лишь дотронуться до зеркала, но проникнуть в него не получится. Грезы – это то, что делает зеркало жидким и дает возможность провалиться в него. Грезы соединяют два удивительно разных мира в одной точке. Вот почему ты можешь попасть в мой мир через свои сновидения.

– И почему только я это вижу?

– Ты ошибаешься. Есть много людей, которые с помощью грез открывают проход между мирами. Миров очень много, их не счесть. Есть ты, которая видит мой мир, есть другие, которые видят остальные. Они просто скрывают, что видят. Как и ты. Ведь их не поймут те, кто закрывает свой разум, не позволяя проходу открыться. Те, кто ничего не видят дальше своего носа. Слепые. Их больше всего. Лишь немногим дано увидеть.

– Расскажи мне о Червонных Стражах. Кто они? Что они с тобой сделают? Убьют?

– В моем мире они следят за порядком. Как и в любом другом, в моем мире имеются свои законы и порядки. Также есть те, кто следит за тем, чтобы они соблюдались. Нарушение влечет наказание. В моем мире судят за несовершенные преступления, знаю, тебе тяжело это понять. Преступления, которых еще не было, и неизвестно, произойдут ли они в будущем. Убьют ли меня? Нет. Казнь влечет кое-что, что куда хуже смерти. В моем мире слишком мало места. Мертвые тоже занимают пространство. Мой мир не может позволить себе иметь мертвых. Он – как маленький листок бумаги, на котором художнику надо нарисовать много картин и персонажей. И вот какой-то персонаж однажды перестает быть интересным художнику, и он стирает его, а сверху рисует другую картину. Но стертый герой продолжает жить и наблюдает бесцветными стертыми глазами, как он постепенно исчезает под линиями карандаша, как сверху рисуют другие фигуры. Он никогда не умрет, а вынужден наблюдать, как все вокруг него продолжает жить, а его место давно занято. Он не умер, нет, ведь смерть – это отсутствие ощущений, а он остро ощущает жизнь вокруг и то, что в этой жизни его больше нет. Он лишится своего места и имени, а это хуже смерти. У мертвых остаются имена. Мы же их лишаемся.

– Что нам теперь делать, Мэд? Как уйти от Стражей? Я часто вижу их следы на улице. Они вошли через проход. Теперь они могут спокойно ходить не только по лабиринту, но и здесь, снаружи.

Лицо в отражении стало очень грустным.

– Прости, Алиса, что втянул тебя во все это. Очень скоро я уйду, обещаю. Осталось совсем немного. И уведу Стражей за собой. Они больше не побеспокоят тебя.

– Но как же ты? Они ведь будут продолжать искать тебя?

– Я ко всему привык. Им не удастся меня схватить, не беспокойся обо мне.

Какое-то время Алиса задумчиво смотрела в свое отражение.

– Ты говоришь, что это я сделала твой мир таким красочным. Я превратила его в Страну чудес. И сделала тебя персонажем книги, но… у тебя есть настоящее имя? И как ты выглядишь в реальности?

– О, я выгляжу совсем не так привлекательно, как сейчас. Всех нас рисовал бездарный художник, оторвать бы ему руки. Была б моя воля, я бы взял навсегда эту внешность. А что касается имени… Тут все непросто. Как я уже говорил, мой мир – это листок бумаги. Листок, разделенный на миллион линий по вертикали и горизонтали. Перекрещивание линий образуют миллионы клеток. Каждая клетка – это живое существо. Клетка имеет свое место в пространстве листа. Свой номер, состоящий из двух частей – номер линии по вертикали и по горизонтали. Мой – шестьдесят четыре на двести тысяч девятьсот сорок один. Я нахожусь в самом нижнем краю вертикали моего мира, может быть, это одна из причин, почему я могу так свободно перемещаться между мирами. Шестьдесят четыре на двести тысяч девятьсот сорок один. Это мое имя.

Алиса нахмурилась.

– Пожалуй, я все-таки буду звать тебя Мэд. Оно звучит гораздо проще.

– И я ничего не имею против. Мне нравится мое новое имя. Как и моя внешность. Как и то, как ты украсила мой мир, Алиса.

Вдруг дверь в комнату Алисы открылась. На пороге стояла мама.

– Доброе утро! Уже проснулась? Мне показалось, ты с кем-то разговариваешь? – спросила мама.

Алиса посмотрела в зеркало, но увидела только свое отражение. Мэд исчез. Девушка еще долго думала о других мирах. Ей казалось, что она что-то вспоминает. Как будто она уже была там, в странном двумерном мире, похожем на рисунок на листе бумаги. Чьи это были воспоминания? Ее или Мэда? Чужая память пугала Алису. Ей казалось, что воспоминания – это то, что делает человека личностью. Но что делать, если в твою голову проникают чужие воспоминания? Воспоминания Мэда. Неужели Алиса и Мэд скоро станут единой личностью, и все сотрутся границы?