Читаем Синдикат дурмана полностью

- Вам непременно хочется прикончить меня таким способом? - спросил я у Макгаффи, содрогаясь от ужаса. Мне вспомнилось, как они разделались с несчастным баджуни на побережье. Видимо, синдикат именно так умерщвляет неугодных.

- Нет, легавый, не сейчас, - снизошел до меня Макгаффи. - Чуть позже. Дженет - дипломированная медсестра, с ее помощью мы выудим из тебя все, что нам нужно знать. Приступай, Дженет.

- Вам не трудно, Дженет, пояснить мне действие этих снадобий? попросил Кирату, подойдя поближе к каталке и зловеще сверкая глазами.

- Я приготовила двухпроцентный раствор натрия с пентатолом, его еще называют сывороткой правды. Я введу ему этот раствор в вену, он вскоре как бы уснет и в этом состоянии будет отвечать правдиво на любые ваши вопросы.

- Не сможет, значит, солгать или что-то выдумать? - изумился Кирату.

- Не сможет, вы сейчас сами в этом убедитесь, - ответил за Дженет Луиджи. - Этот метод вернее и быстрее того, к которому собирались прибегнуть вы, мистер Кирату. Однако не волнуйтесь, мы отдадим вам легавого, как только выпытаем то, что нам нужно.

Дженет занесла надо мной шприц, и я сделал тщетную попытку разорвать ремни, осыпая своих мучителей отборной бранью.

- Это всего лишь атропин, чтобы вы не задохнулись от избытка слюны.

- Держите его, чтобы не дергался! - приказал Макгаффи, и трое мужчин навалились на меня. Введя атропин, Дженет всадила мне иглу в вену и подсоединила ее резиновой трубкой к капельнице с двухпроцентным раствором натрия с пентатолом. Она приложила к моей груди стетоскоп, наблюдая за тем, как меняется сердечный ритм по мере того, как ее отрава наполняла вены. Все в комнате смолкли, не сводя глаз с меня и Дженет.

- Вот теперь он в нужной форме, - объявила Дженет спустя четверть часа. Я испытывал тяжелую сонливость, хотя все еще различал, что происходит и говорится вокруг меня. Когда я совсем очнулся, то услыхал магнитозапись учиненного мне самим Макгаффи допроса.

- Имя?

- Старший инспектор Филипп Кибвалеи.

- Возраст?

- Тридцать четыре года.

- Где вы работаете?

- Отдел расследований, Центральное полицейское управление.

- Женаты?

- Да.

- Имя жены?

- Ли.

Макгаффи кивнул Дженет и своей свите. Он остался доволен моими ответами и был уверен, что сейчас услышит от меня все, что известно кенийской полиции о его подпольном синдикате.

- Какое дело вам в данный момент поручено?

- О людях, занимающихся... - В этом месте запись была неразборчива.

- Я не расслышал. Повторите, о каких людях?

- Иностранцы. Торговцы наркотиками.

- Ясно. Какой именно у них товар?

- Смола бханга. Гашиш.

- И что же они с ней делают?

- Отправляют за границу... - Снова неразборчивое бормотанье... Сигареты.

- Куда именно, в какие страны?

- Не знаю.

- Подумайте. Вы наверняка должны что-то об этом знать.

- Бельгия.

- А еще куда?

Снова неразборчиво.

- Куда именно в Бельгии, назовите город.

- Не знаю.

- Слушайте меня внимательно. Имена тех, кто занимается этим в Брюсселе, вам известны?

- Нет, никогда не слыхал.

- Ни единого?

- Ни единого.

Макгаффи бросил озабоченный взгляд на Дженет.

- Вы уверены, что тут он говорил правду?

- Уверена, - ответила Дженет, - в этот момент он все еще был в глубоком трансе.

- Стало быть, им не так уж много известно.

Тем временем пленка с записью все крутилась.

- Кроме Бельгии, в каких еще странах действуют эти люди?

- Синдикат?

- Да, синдикат. Кстати, знаете его название?

- Не знаю.

- В Англии у синдиката есть филиал?

- Да.

- Но имен вы не знаете?

- Нет.

- А в Кении? Назовите имена тех, кто орудует здесь.

- Луиджи Каэтано, Макс, Патель... - Дальше неразборчиво.

- Еще кто?

- Черный американец, покойный баджуни и мистер Кирату.

- Кто еще?

- Отели "Санглория" в Найроби и Момбасе.

- А от кого они получают бханг?

- Не знаю.

- Что-то мало вы знаете, совсем негусто, а?

Нет ответа.

Макгаффи продолжал допрос, но я утратил к этому интерес и перестал слушать запись. Жизнь моя висела на волоске, ни о чем другом в этот момент я думать не мог. Есть ли способ вырваться из их лап? Учуяв, что в моих ответах появилась фальшь, он спросил, известно ли полиции про их дом в Спринг-Вэлли. Я ответил отрицательно, и в конце концов они поверили, будто никто не знает об этом их притоне.

- Ну ладно, приведите его в чувство, Дженет, а мы пока обдумаем, что делать дальше.

В этот момент в комнату вошел Шмидт. Увидев меня на каталке, скрученного по рукам и ногам, он просиял:

- Это ведь та самая полицейская свинья!

Мужчины загоготали, и обстановка разрядилась.

- Из того, что он выболтал, - подытожил Макгаффи, - можно сделать вывод, что полиция не располагает достаточными фактами и уликами, однако те нити, что они держат, вскоре выведут их на нас.

Он сделал паузу, желая услышать мнение своих подручных. Первым высказался Кирату.

- Неужели мы не можем подкупить комиссара? Он тоже человек, и ему, как всем, наверняка не хватает жалованья. Предложим ему миллион фунтов за то, чтоб он забыл про нас. Уверен, этот "ньеутхи" согласится.

- Что значит "ньеутхи"? - спросил Макс.

- Черный, как я, африканец, - пояснил Кирату.