Читаем Символика цвета полностью

Так, у Гомера выражение «пурпурная кровь» ведет свое происхождение от цвета свернувшейся крови; по Плинию же, тирийский пурпур означает высшую славу. Вероятно, это значение из Античности перешло и в христианство, где пурпур наряду с белым символизирует Богоматерь. И здесь, по-видимому, можно прислушаться только к выводам теософов-символистов: «Пурпурный цвет ноуменален, а красный феноменален». Феноменальность семантики красного цвета была детально представлена выше. Так что же стоит за ноуменальностью пурпура?

Пурпур сочетает свойства крайних цветов спектра и больше проявляет свойства красного, судя по действию на пульс и дыхание. Реакция организма на него обычно благоприятна. Еще в Средние века воспалительные процессы успешно излечивались синим цветом. Кто тогда знал про ИК-лучи? Красный в этих целях применяется и сегодня для усиленного кровоснабжения тканей организма. Поэтому при сердечно-сосудистых заболеваниях в строго конкретных случаях могут быть рекомендованы сине-красные цвета пурпура. Стимулирующее возбуждение красным в определенном сочетании с тоническим покоем синего приводит к положительным результатам и при лечении вегетатики, поскольку парасимпатическое действие синего и симпатическое влияние красного цвета достаточно эффективно сказывается на обеих составляющих нервной системы. А через подкорковые механизмы обеспечивается и равновесие всего организма.

При соотнесении пурпурного цвета с каким-либо типом темперамента оказалось, что все гиппократовские типы исчерпаны (см. красный, желтый, зеленый, синий цвета). Если, по Люшеру, выбор пурпура характеризуется как внушаемый, очаровывающий, предрасположенный к чувствительности, цветовой тест отношений связывает его с самостоятельностью и неискренностью, то сверхсознательная доминанта женского интеллекта и может оказаться характеристикой данного типа темперамента.

Любопытно, что в конце 50-х годов XIX века в Британии вслед за зелеными сюртуками «дельцов из никого» самыми модными цветами стали пурпурные тона мадженты. Вспомним, как «новые русские» в 1992–1993 годах XX века сменили свое «зеленое самосознание» на малиновые пиджаки «властного пурпура» – своего, как они считали, сверхсознания, правящего деньгами, а значит, и миром.

Поскольку фиолетовый Люшера по существу является пурпурным, то к нему можно применить и великолепное определение, которое дает Г. Клар. Между противоположными красным и синим, между мужским фанатизмом и женским фатализмом, между беспощадно-бессознательной силой и подсознательно-слепой любовью стоит примиряющий пурпурный – гармония противоречий.

И если фанатизм мужчин лечился синим, а женский фатализм – красным цветом, то пурпурный – ярчайший пример усреднения (успокоения) идеологических крайностей. Как цвет внутреннего возбуждения, пурпур может сочетать в себе и мощное влияние ИК– и УФ-лучей. Непосредственно воздействуя на нас, они минуют не только зрение, но и сознание. Впрочем, как и многие другие цвета, о которых мы еще ничего не знаем, хотя и подвергаемся их воздействию.

В заключение приведем выводы, вытекающие из анализа рассмотренного материала. В архетипе различных оттенков пурпура сублимированы многие крайности античных религий, а также православия (восточного христианства). В хроматической модели интеллекта пурпурный сублимат характеризует функции женского сверхсознания при нормальных и мужского – при экстремальных условиях существования.

Розовый – разбеленный пурпур

Как разбеленный оттенок пурпурного, розовый обычно ассоциируется с цветом духовной радости и нежности, в реалиях же – с цветком розы, который сочетает божественную красоту с приятнейшим ароматом. Так, в Древней Греции и в Древнем Риме роза была посвящена Афродите и, соответственно, Венере.

В индуистских верованиях йогов утверждается, что очень высокая форма любви выражается прекрасным розовым цветом. В арабской поэзии роза также символизировала любовь, как это живописал, например, Амир Хосров:

Избрал сегодня розы тот,кто раскрывает лик цветов,И не смолкает страстный стонвлюбленных в розы соловьев.

Позднее, при возникновении христианства, роза стала атрибутом Девы Марии и одновременно цветом мучеников, так как нет розы без шипов. Гностики же развивали идею о том, что розовый является цветом Воскресения, так как он передает цвет тела.

О розовом цвете любви говорят и экстрасенсы, которые видят «красивые арки розового цвета меж головами влюбленных». И, в отличие от пессимистов, видящих все и вся в черном цвете, оптимисты все воспринимают в розовом. В то же время розовый цвет ауры нередко свидетельствует о незрелости, поскольку часто присутствует у молодых людей.

Если же он наблюдается в ауре взрослого человека, то означает инфантилизм и ребяческую сосредоточенность на собственной особе. Очевидно, и здесь прослеживаются цветовые проекции на принципы существования человека в светоцветовом мире.

Перейти на страницу:

Все книги серии Формула культуры

Символика цвета
Символика цвета

В книге доктора культурологии, профессора кафедры философии и культурологии Санкт-Петербургского государственного института психологии и социальной работы представлена семантика цвета с позиций архетипической модели интеллекта, тысячелетиями сохранявшейся в мировой культуре. Впервые описание цветовых смыслов базируется на гармонии брачных отношений, оптимальную устойчивость которых стремились воссоздавать все религии мира.Как научное издание эта книга представляет интерес для культурологов, дизайнеров и психологов. Как справочное издание она включает смысл цвета в различных областях религии, искусства и науки. Как издание популярное содержит конкретные рекомендации по использованию цвета в интерьере и одежде, в воспитании детей и в семейной гармонии, во взаимоотношениях с собой и обществом.

Николай Викторович Серов

Культурология
Фракталы городской культуры
Фракталы городской культуры

Монография посвящена осмыслению пространственных и семантических «лабиринтов» городской культуры (пост)постмодерна с позиций цифровых гуманитарных наук (digital humanities), в частности концепции фрактальности.Понятия «фрактал», «фрактальный паттерн», «мультифрактал», «аттракторы» и «странные петли обратной связи» в их культурологических аспектах дают возможность увидеть в городской повседневности, в социокультурных практиках праздничного и ночного мегаполиса фрактальные фор(мул)ы истории и культуры. Улицы и городские кварталы, памятники и скульптуры, манекены и уличные артисты, рекламные билборды и музейные артефакты, библиотеки и торговые центры, огненные феерии и художественные проекты – как и город в целом – создают бесконечные фрактальные «узоры» локальной и мировой культуры.Книга рассчитана на широкий круг читателей, включая специалистов по культурологии, философии, социальной и культурной антропологии, преподавателей и студентов гуманитарных вузов, всех, кого интересует городская культура и новые ракурсы ее исследования.

Елена Валентиновна Николаева

Скульптура и архитектура

Похожие книги

Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе
Адепт Бурдье на Кавказе: Эскизы к биографии в миросистемной перспективе

«Тысячелетие спустя после арабского географа X в. Аль-Масуци, обескураженно назвавшего Кавказ "Горой языков" эксперты самого различного профиля все еще пытаются сосчитать и понять экзотическое разнообразие региона. В отличие от них, Дерлугьян — сам уроженец региона, работающий ныне в Америке, — преодолевает экзотизацию и последовательно вписывает Кавказ в мировой контекст. Аналитически точно используя взятые у Бурдье довольно широкие категории социального капитала и субпролетариата, он показывает, как именно взрывался демографический коктейль местной оппозиционной интеллигенции и необразованной активной молодежи, оставшейся вне системы, как рушилась власть советского Левиафана».

Георгий Дерлугьян

Культурология / История / Политика / Философия / Образование и наука