Читаем Симфония проклятых полностью

Тори особенно пугали боковые туннели, слишком узкие для человека. Какие-то были всего лишь расщелинами, словно гигантский топор прошелся по черным гладким стенам. В них царил непроглядный мрак — никогда прежде Тори не доводилось видеть столь полной темноты, подобной дырам в ткани мира. Из одних доносилось журчание воды, из других более громкий плеск и шелест волн. Начался прилив. Доберется ли море до этих дыр и расселин, как до входа в пещеру, которую они покинули столько томительных и страшных минут назад? Тори думала, что так и будет.

Впрочем, сейчас до них доносились лишь невнятные звуки и дотягивались длинные пальцы пара — горячий туман превращал туннель в сауну. Вулкан под ними был спящим, во всяком случае так сказал доктор Ридж, но в глубинах его сердца горел огонь.

По мере того как они уходили все дальше от пещеры, туннель становился шире, и теперь они смогли идти парами, но неровный потолок местами опускался так низко, что им приходилось наклоняться. Сначала это почти не мешало, хотя Тори чувствовала, что они продвигаются все медленнее. Лейтенант-коммандер Сайкс шел впереди, освещая дорогу своим фонариком. Луч света метался вдоль стен и выступов, за ним следовало дуло пистолета.

За Сайксом шли Алена и доктор Ридж. У Риджа был еще один фонарь, и его мощный луч освещал не только туннель, но и Сайкса, который попытался убедить Алену принять его помощь, но пожилая дама категорически отказалась. Алена не призналась, что у нее сломаны ребра, только прижимала руку к правому боку и старалась двигаться осторожно. Впрочем, она ни разу не пожаловалась и не замедлила шага.

«До чего же крутая женщина», — восхищенно подумала Тори, идя рядом с Джошем за двумя учеными.

Три моряка, Чарли, Мейс и Гарбарино, замыкали строй. Лучи их фонариков метались вокруг Тори и Джоша, на мгновение освещали участки стен или потолка и тут же перемещались дальше. Тори поддерживали эти лучи света, а также присутствие матросов за спиной и Сайкса впереди. Она понимала, что им все равно грозит опасность, но так ей удавалось сохранять хоть какую-то иллюзию.

Джош споткнулся, упал на колени и тихо выругался. Матросы остановились, осветив их лучами фонариков. В ярком свете Тори увидела на лице Джоша гримасу боли. По лбу стекали струйки пота.

— Ты в порядке? — спросила она.

Он иронически фыркнул.

— Не сказал бы. Док Долан дал мне пару таблеток викодина на дорожку. — Джош улыбнулся, но улыбка больше походила на гримасу. — Я выпил их слишком рано, за полчаса до входа в пещеру, и все испортил. Теперь от них никакого толку.

Тут ему в голову пришла ужасная мысль, отразившаяся в его глазах.

— Или все наоборот. Я даже думать об этом не хочу.

Она поняла. Если викодин действует, но он испытывает такую сильную боль, тогда что с ним будет, когда лекарство перестанет помогать?

Тори положила руку Джошу на плечо. Она почувствовала, что с тех пор, как они занимались любовью в ее каюте на «Антуанетте», прошла целая вечность, но, прикоснувшись к нему, испытала ощущение, подобное шоку. И сейчас, в темноте, когда смерть подошла так близко, это показалось ей важнее того, что Джош скрыл от нее, кто он на самом деле.

— Пойдем, вставай, — сказала она, подхватывая его под правую руку и помогая подняться на ноги.

Джош тихо застонал сквозь стиснутые зубы.

— Вы справитесь, агент Харт? — спросил один из моряков.

Тори показалось, что это Мейс, но в темноте, за лучами фонариков, она плохо различала лица.

— Пока справляюсь, — ответил Джош.

Он выдохнул, снова зашагал вперед, и они начали догонять Сайкса, Алену и Риджа.

— Бедняжка, — тихо, так, чтобы ее услышал только Джош, сказала Тори.

Джош рассмеялся и тут же крякнул от боли. Смех причинял ему страдания, но Тори ни о чем не жалела.

— Наверное, тебе это нравится, — заметил он.

— Брести по туннелю, дожидаясь, когда кто-нибудь прикончит меня? Честно говоря, не слишком.

— Видеть, что мне больно.

Тори инстинктивно прижалась к нему, чтобы Джош смог перенести часть веса на нее. Он мог идти, но боль, шок и потеря крови отняли много сил.

— Ну, должна признать, что некоторое очарование в этом есть. — Впрочем, ей тут же расхотелось шутить. — Нет, что ты. Я никогда не желала тебе зла.

— Никогда?

Похоже, Джош еще не утратил чувства юмора, хотя Тори на время лишилась его. Может быть, именно это и позволяло ему держаться на ногах.

— Ну, разве что чуть-чуть, — призналась она. — Но сейчас мне хочется только одного — выпрямиться во весь рост. Да и солнечный свет не помешал бы.

— Согласен, — ответил Джош.

После этого они замолчали, продолжая идти по туннелю, который то сужался, то расширялся, освещенный танцующими лучами фонариков. Все чаще и чаще Тори слышала, как Джош шипит сквозь зубы, пытаясь справиться с болью, а когда он оказывался в полосе света, видела страдание на его лице.

Она вдруг поняла, что может спасти ему жизнь, и эта мысль потрясла ее. Каким-то непостижимым образом все в мире перевернулось. Вместо прежней Тори на свет появилась совсем другая женщина.