Читаем Сильвия полностью

Сильвия для начала хотела умыться. Бхаубааб отвел ее в ванную и, вернувшись, увидел, что Лакшми направляется к выходу.

– Уже уходишь? А как насчет выпить?

– Я вернусь попозже, – ответил он.

– Приходи на ужин.

Лакшми кивнул в знак согласия и ушел. В тот вечер он не вернулся.

Бхаубааб приготовил курицу шакути, купил свежие лепешки пой у подера. За ужином Сильвия подробнее рассказала об Антоне.

– Моя мама, новоиспеченная выпускница литературного факультета, стажировалась в рекламном агентстве в Бомбее, где Антон был креативным директором, – начала Сильвия.

– Погоди, дальше я сам знаю, – перебил Бхаубааб. – Они встретились, влюбились, поженились, родили тебя, разлюбили друг друга, и на этом все кончилось. Не так ли?

Сильвия снисходительно улыбнулась.

– Что? Неужели я неправ?

– Нет. Но кто говорит «влюбились»? Это так старомодно.

– А как теперь говорят? Приударили друг за другом? Стали встречаться?

– Неважно, как теперь говорят. Вернемся к истории. Моя мама была молодой и податливой. Антон был старше, образован, опытен и, конечно, очаровал ее. Он был привлекательным, если не сказать более, и пользовался огромным успехом у женщин. И мама очень удивилась, что он обратил на нее внимание. Они начали встречаться. Ее индийская семья придерживалась консервативных взглядов и была против этих отношений. Ей казалось, что тайный брак с ним сделает ее сильной и независимой. Он хорошо зарабатывал, и они могли позволить себе комфортную жизнь. После года замужества на свет появилась я, и меня назвали в честь Сильвии Плат – единственной поэтессы, стихи которой, как оказалось, были понятны моей матери. После этого все посыпалось. Мама догадалась, что отец ей изменяет. Вместо ответов на вопросы о своих интрижках он распускал руки. Сильно поколачивал маму. Я была совсем маленькой и знаю об этом только по ее рассказам.

Это заметно огорчило Бхаубааба, и он пробормотал:

– Вот ублюдок! На какую же жестокость он был способен!

– Оказалось, на немалую. Мама не могла уйти от него и вернуться к своим родителям, которые все еще злились на нее за то, что она оскорбила их, выйдя замуж против их воли. После моего рождения она бросила работу и не могла быстро найти другую, потому что я была слишком маленькой, чтобы оставаться дома одной.

На глазах Бхаубааба заблестели слезы, но он ничего не сказал.

– Вскоре после моего пятилетия отец особенно сильно избил маму, тогда она схватила меня и убежала посреди ночи. Мы остались у ее бывшей коллеги, которая не могла поверить, что мой отец – учтивый джентльмен с умным взглядом, опрятной бородой, очаровательной улыбкой и британским акцентом – оказался чудовищем, срывающимся на жене. Но ее убедили синяк под глазом и рассеченная губа моей матери, и женщина приютила нас. Примерно через месяц маме удалось связаться с одним из своих однокурсников в Бангалоре, который помог ей устроиться учителем в престижную местную школу. Во время ссор родителей и маминых рыданий я привыкла запираться в своей комнате и одержимо перелистывать мои любимые книжки с картинками. Я рано научилась читать, и, наверное, это мне помогло. Я успешно сдала вступительный экзамен в той же школе и получила полную стипендию. Мама обрадовалась: весь день мы находились рядом, и ей не нужно было переживать, что она оставляет меня ради карьеры.

– А что случилось с Антоном?

– Мы потеряли связь. – Сильвия ненадолго остановилась, прежде чем продолжить рассказ. – Мама говорила, что он несколько раз звонил ей. Сначала он извинялся и уговаривал ее вернуться, но, когда она отказалась, стал угрожать, что покончит с собой. Мама не поддавалась на уговоры, тогда он стал угрожать ей физической расправой. Перед сном мы закрывали все окна и запирались на замок в спальне, и мне нельзя было ни выходить одной из дома, ни оставаться у друзей после школы. Но меня это не беспокоило: мне хотелось все время сидеть дома и читать. Потом звонки с угрозами стали поступать все реже. Будучи экспертом в области рекламы, Антон постоянно мелькал в новостях – на светских страницах журналов и так далее, – и мы примерно догадывались о его местонахождении. Но через некоторое время он исчез. Как говорится, скатертью дорожка.

– Мне очень жаль, что мой брат причинил столько боли тебе и твоей матери. Он ужасный человек. Если бы я только знал… Я бы не позволил вам так страдать.

– Мы еще малым отделались. Меня это больше не беспокоит. А тогда я пряталась в книгах.

– Мне интересно, как ты узнала обо мне?

– Отец часто рассказывал.

– Серьезно?