– Это и правда скучно. При правильном подходе к делу спецоперации – примерно то же самое, что стричь газон перед своим домом. Привычно и почти безопасно.

Из-за гор вынырнули две черные точки

– Ого, а вот и наши пташки…

Симмонс кивнул

– С вашего разрешения, сэр. Надо готовить операцию по эксфильтрации.

– Сколько времени есть?

– Несколько часов, сэр. Пять – шесть, не больше. Мы должны успеть до темноты…

Территория Афганистана. Пограничная зона

В отличие от американцев, искренне радующихся победе – на советской стороне было не всё так радужно…

Прибывший из Кабула генерал захотел все проверить лично. Побывать на границе. Конечно… с одной стороны, китайская народная мудрость гласить: «приблизьтесь к оленю и вы не промахнетесь», а с другой…

Этот генерал обязан был взвесить все за и против полета на границу, чтобы принять решение. Принимая решение все-таки полететь, он должен был понять, что тем самым он отвлекает от поисковых мероприятий людей и технику для перевозки и охраны собственной персоны, вносит хаос и сумятицу в отработанный и действующий механизм поисковой операции, рискует сам и подвергает риску тех людей, которые будут его охранять. Вертолет, на котором он полетит, мог упасть из-за неисправности, его могли сбить, генерала могли похитить и тут же оказаться в Пакистане – генерал Советской армии в плену у моджахедов!

Но он решил лететь. И все ради чего? Вот что прилетевший из Кабула генерал мог посоветовать оседлавшим перевалы афганским коммандос и горным стрелкам? Что он мог сказать им такого, что они не знали до этого? Каким образом он мог понять их боевой дух, воззвать к их патриотизму? Какой личный вклад он мог внести в успех операции?

Да никакой. Просто… в Советской армии уже сложилась бюрократическая машина… весьма неприятная. Со своими традициями. Одной из них было «отметиться». По уму – для успеха операции каждый должен внести свой вклад, реально чем-то помочь – но чем-то реально! Если бы генерал позвонил в Москву, Ташкент или Кабул и добился выделения дополнительных ресурсов – это было бы прекрасно, этим было бы оправдано его присутствие здесь. Но он не мог или не хотел этого сделать…однако, он хотел отметиться, побывать в зоне поисков, на самой границе, изобразить что он сознательно пошел на риск (о том, что с ним рискуют еще три десятка человек генерал не подумал), проявил личную храбрость. Потом… потом за это таким вот генералам, отметившимся в зоне боевых действий, вручают боевые награды, обходя тех, кто действительно их достоин. Значить, надо было сделать что-то символическое… подобное кобелю, задравшему ногу, чтобы пометить принадлежащую ему территорию. Толку нет, вони много…

Итак, генерал покомандовал, раздал руководящие указания в Джелалабаде, лично проинспектировал состояние джелалабадской авиабазы – а потом приказал везти его в пограничную зону…

* * *