Бек достал кассету, сунул в карман. Маханул через забор – слава Аллаху, собак тут нет.

Убили…

Исходя из того, что он понял – перед ним были матерые предатели и бандиты. Упустить он их не имел права, даже с риском для жизни.

Он оглянулся – вправо, влево. Хвала Аллаху – груда самодельного кирпича. Бросился туда.

Гул автомобильного мотора. Идущий по дороге УАЗ. Лицо водителя он запомнил на всю жизнь. Твари…

Когда надсадный звук мотора растаял в жаркой тиши афганского дня – он собирался перепрыгнуть через забор. Услышал шорох, обернулся. Подросток – маленький, босой.

– Салам, бача…

– Салам, эфенди… – неуверенно сказал подросток.

Бек подмигнул ему и прыгнул через забор. Побежал по улице. До валить из города… убили начальника Царандоя. Будут искать всех чужих и разбираться не будут…

Ему повезло. Он поймал машину Афсотра[162]. Молодой усатый водила, колесящий по афганским дорогам на стареньком КамАЗе за пару пачек сигарет и пятьдесят афганей согласился отвезти его до Кабула…

Афганистан, Кабул. Розовый дом. 02 июля 1988 года

Два человека, просто одетых, один и вообще по виду афганец – хазареец сидели в пыльной, пропахшей оружейной смазкой и сталью (сталь пахнет, если ее много, не верьте, кто говорит, что нет) и листали подшитые папки, попеременно чихая от поднимающейся от папок очень вредной бумажной пыли…

Как опознать человека из КГБ. Резидентура в Кабуле сидит в здании совпосольства, там всем и про все известно. И каждый второй – стучит на каждого первого. Прийти и спросить – а нет ли у вас тут такого мужика с такими и такими приметами? А зачем он вам собственно нужен, товарищ? А так, для общего развития.

Ага-ага. Щаз-з-з…Ищите дураков.

Бек думал два часа и наконец придумал. Дело в том, что в Афганистане была проблема с личным оружием. Нет… как бы на базаре то его полно было, он сам купил только что для обеспечения деятельности нелегальной оперативно-боевой группы. Но и таскаться с таким по Кабулу день за днем как бэ… чревато. И тогда – путь прямиком к военным. У КГБ конечно своя масленица, но большей частью идут к военным.

Военные распределяют как легальные, так и нелегальные стволы. Нелегальные – это с операций, привозят, изъятыши из Царандоя. Есть коллекция– туда отбирают все необычные или явно западные, фабричного изготовления образцы, чтобы отправить в Союз на изучение. Есть просто запас как у каждого запасливого кладовщика. Если к примеру кто-то хочет пистолет для дражайшей супруги, чтобы не боялась по Кабулу шляться, такса – в пересчете на два – три литра спирта. Если подонки получали пистолеты как раз так – значит, в пролете, ничего не узнаем. Но если резидентура КГБ официально затребовала табельное для своих людей – должны остаться карточки учета.

С фотографиями…

Вот и сидят двое, в полуподвальной комнате Розового дома, один на рассохшемся стуле, другой – на сложенных стопкой папках. Листают, глотают бумажную пыль, чихают…

– Стоп! Этот!

* * *

– Захарчук Павел Борисович, подполковник милиции, военный советник, прикреплен к Царандою провинции Балх. В должности военного советника с восемьдесят третьего года… – монотонно докладывает Бек.

Один из двоих офицеров, сидящих за столом присвистывает. На нем – простая, однотонная, немаркая форма необычного для Советской армии фасона без знаков различия.

– Здорово. Это кто это ему так ворожил?

О чем речь – всем понятно. В Афганистане на непыльную должность советника Царандоя в провинции Балх должна очередь стоять. Город то почти тыловой, это тебе не Кандагар, не Джелалабад с их беспределами. Это еще военный советник… мог несколько раз продлиться. А вот у МВД количество советнических мест со всеми их благами, зарплатой в чеках и т. д. – ограничено. Простой человек никак не мог удержаться на таком месте пять лет.

А если удержался – значит, есть повод присмотреться…

– Баранец Степан Валерьевич, майор государственной безопасности, резидентура в Кабуле, советник посольства СССР по безопасности.

– Твою мать… – снова не сдерживается военный

Второй молчит

– Что ты от нас хочешь? – спрашивает первый военный.

– Немногого, товарищи. Эти люди должны быть взяты под особый контроль. Равно как и база в Мазари-Шарифе. Особое внимание – направлениям Кандагар, Заболь, Пактика. Есть основания считать, что где-то там проходит путь нелегальной доставки наркотиков на территорию Республики Афганистан с последующей их контрабандной доставкой на территорию СССР.

– Как вы это себе представляете?

– Обычно. Особое внимание появлению данных людей в приграничной зоне, в пунктах временной дислокации советских войск…

* * *

Когда за подозрительным монголоидом закрывается дверь, офицер в форме без знаков различия заковыристо выругался.

– Б… это КГБ… в хвост и в гриву. У них разборки меж собой, а дерьмо на нас…

– Товарищ половник, прикажете составить радиограмму?

– Давай. По указанным провинциям. Шифром.

– Есть! Разрешите идти! – вскакивает второй военный.

– Иди. Дверь закрой.