Читаем Сильные женщины полностью

Коля Гумилев, всего на три года старше Ани, уже тогда осознавал себя поэтом, был горячим поклонником французских символистов. Он скрывал неуверенность в себе за высокомерием, внешнюю некрасивость пытался компенсировать загадочностью, не любил ни в чем никому уступать. Гумилев самоутверждался, сознательно выстраивая свою жизнь по определенному образцу, и роковая, неразделенная любовь к необыкновенной, неприступной красавице была одним из необходимых атрибутов избранного им жизненного сценария.

Он забрасывал Аню стихами, пытался поразить ее воображение различными эффектными безумствами – например, в день ее рождения принес ей букет из цветов, сорванных под окнами императорского дворца. На Пасху 1905 года он пытался покончить с собой – и Аня была так этим потрясена и напугана, что перестала с ним встречаться.

В том же году расстались родители Ани. Отец, выйдя в отставку, поселился в Петербурге, а мать с детьми уехала в Евпаторию. Ане пришлось срочно готовиться к поступлению в последний класс гимназии – из-за переездов она сильно отстала. Занятия скрашивались тем, что между нею и репетитором вспыхнул роман: первый в ее жизни, страстный, трагический – как только обо всем стало известно, учителя тут же рассчитали – и далеко не последний.

Весной 1906 года Аня поступила в Киевскую гимназию. На лето она вернулась в Евпаторию, где к ней заехал – по пути в Париж – Гумилев. Они помирились и переписывались всю зиму, пока Аня училась в Киеве.

В Париже Гумилев принимал участие в издании небольшого литературного альманаха «Сириус», где опубликовал одно стихотворение Ани. Ее отец, узнав о поэтических опытах дочери, просил не срамить его имени. «Не надо мне твоего имени», – ответила она и взяла себе фамилию своей прабабушки, Прасковьи Федосеевны, чей род восходил к татарскому хану Ахмату. Так в русской литературе появилось имя Анны Ахматовой.

Сама Аня отнеслась к своей первой публикации совершенно легкомысленно, посчитав, что на Гумилева «нашло затмение». Гумилев тоже не воспринимал поэзию своей возлюбленной всерьез – оценил ее стихи он лишь через несколько лет. Впервые услышав ее стихи, Гумилев сказал: «А может быть, ты лучше будешь танцевать? Ты гибкая…».

Гумилев постоянно приезжал из Парижа навестить ее, а летом, когда Аня вместе с матерью жили в Севастополе, поселился в соседнем доме, чтоб быть ближе к ним.

Вернувшийся в Париж Гумилев сначала отправляется в Нормандию – там его даже арестовали за бродяжничество, а в декабре он снова пытается покончить с собой. Спустя сутки его нашли без сознания в Булонском лесу…

Осенью 1907 года Анна поступила на юридический факультет Высших женских курсов в Киеве – ее привлекали история права и латынь. В апреле следующего года Гумилев, заехав в Киев по пути из Парижа, вновь безуспешно делает ей предложение. Следующая встреча была летом 1908 года, когда Аня приехала в Царское Село, а затем – когда Гумилев по дороге в Египет останавливался в Киеве. В Каире, в саду Эзбекие, он предпринял еще одну, последнюю, попытку самоубийства. После этого случая мысль о самоубийстве стала ему ненавистна.

В мае 1909 года Гумилев приехал к Ане в Люстдорф, где она тогда жила, ухаживая за больной матерью, и снова получил отказ. Но в ноябре она вдруг – неожиданно – уступила его уговорам. Они встретились в Киеве на артистическом вечере «Остров искусств». До конца вечера Гумилев не отходил от Ани ни на шаг – и она наконец согласилась стать его женой.

Тем не менее, как отмечает в своих воспоминаниях Валерия Срезневская, в то время Гумилеву была отведена в сердце Ахматовой далеко не первая роль. Аня все еще была влюблена в того самого репетитора, петербургского студента Владимира Голенищева-Кутузова – хотя тот уже долгое время не давал о себе знать. Но, соглашаясь на брак с Гумилевым, она принимала его не как любовь – но как свою Судьбу.

Они обвенчались 25 апреля 1910 года в Никольской слободке под Киевом. Родственники Ахматовой считали брак заведомо обреченным на неудачу – и никто из них не пришел на венчание, что глубоко ее оскорбило.

После свадьбы Гумилевы уехали в Париж. Здесь она знакомится с Амедео Модильяни – тогда никому не известным художником, который делает множество ее портретов. Сохранился из них только один – остальные погибли в блокаду. Между ними даже завязывается что-то похожее на роман – но, как вспоминает сама Ахматова, у них было слишком мало времени, чтобы могло произойти что-нибудь серьезное.

В конце июня 1910 года Гумилевы, вернувшись в Россию, поселились в Царском Селе. Гумилев представил Анну своим друзьям-поэтам. Как вспоминает один из них, когда стало известно о женитьбе Гумилева, никто поначалу не знал, кто невеста. Потом выяснили: обыкновенная женщина… То есть не негритянка, не арабка, даже не француженка, как можно было бы ожидать, зная экзотические пристрастия Гумилева. Познакомившись с Анной, поняли – необыкновенная…

Перейти на страницу:

Все книги серии Роковые женщины

Легендарные фаворитки. «Ночные королевы» Европы
Легендарные фаворитки. «Ночные королевы» Европы

«Ничто не в силах противостоять красивой женщине!» — говорят французы. И даже верховная власть склоняется перед женским шармом. Что доказали героини этой книги, ставшие величайшими королевами, пусть и не коронованными официально. Маркиза де Помпадур и Диана де Пуатье, Анна Болейн и маркиза де Монтеспан, Аньес Сорель, мадам дю Барри, Вирджиния ди Кастильоне, Екатерина Долгорукая — эти великие женщины покорили сердца венценосцев, войдя в историю и легенду не просто как фаворитки, а как «ночные королевы» Европы.Современники поражались богатству их нарядов, драгоценностей и дворцов, завидовали их властному характеру и влиянию на судьбы целых народов, — но, как часто бывает, за красотой, блеском и роскошью скрывались разбитые сердца и сломанные судьбы…

Сергей Юрьевич Нечаев

Биографии и Мемуары / Документальное
Роковые императрицы России. От Екатерины I до Екатерины Великой
Роковые императрицы России. От Екатерины I до Екатерины Великой

«Бабий век» – так прозвали в России XVIII столетие, когда на русский престол взошли четыре императрицы, правившие в общей сложности почти 70 лет. Стала ли эта эпоха «золотым веком Российской империи» – или засилье фаворитов едва не погубило державу? Как интимная жизнь и альковные тайны императриц определяли судьбы мира, а «роковые женщины» на престоле вершили историю? За что Екатерину Великую ославили «северной мессалиной» и «коронованной блудницей», а простонародные прозвища Екатерины I, Анны Иоановны и Елизаветы Петровны в приличном обществе лучше вообще не произносить? Какие страсти кипели в личных покоях цариц, что за любовные безумства и сексуальные фантазии? И возможно ли на престоле Российской империи простое женское счастье?

Михаил Сергеевич Пазин

Биографии и Мемуары / Документальное
Величайшие звезды Голливуда Мэрилин Монро и Одри Хепберн
Величайшие звезды Голливуда Мэрилин Монро и Одри Хепберн

Эти великие женщины до сих пор остаются главными звездами Голливуда, которые с годами не меркнут, а сияют всё ярче. Эти прославленные актрисы стали иконами XX века, зримым воплощением идеала, символами прелести и красоты, легендами на все времена. Кого назовут самыми прекрасными и желанными девять мужчин из десяти? Разумеется, МЭРИЛИН МОНРО и ОДРИ ХЕПБЕРН! Такие разные по характеру и судьбе (одна считалась «секс-бомбой» и любила шокировать публику откровениями вроде «Что я надеваю, ложась спать? Только "Шанель" номер пять!»; другая говорила: «Чтобы продемонстрировать свою женственность, мне не нужно оказываться в спальне. Я могу передать свою сексуальную привлекательность, срывая яблоки с дерева или стоя под дождем…»), эти божественные женщины были схожи в главном — увидев однажды, их уже невозможно забыть!Эта книга — признание в любви самым неотразимым и обожаемым звездам, от потрясающей красоты которых до сих пор замирает сердце, доказывая правоту слов Одри Хепберн: «Проходят годы, но не красота!»

Серафима Александровна Чеботарь , Виталий Яковлевич Вульф , Виталий Вульф , Серафима Чеботарь

Биографии и Мемуары / Кино / Прочее / Документальное

Похожие книги

Сталин
Сталин

Главная книга о Сталине, разошедшаяся миллионными тиражами и переведенная на десятки языков. Лучшая биография величайшего диктатора XX века, написанная с антисталинских позиций, но при этом сохраняющая историческую объективность. Сын «врагов народа» (его отец был расстрелян, а мать умерла в ссылке), Д.А. Волкогонов не опустился до сведения личных счетов, сохранив профессиональную беспристрастность и создав не политическую агитку, а энциклопедически полное исследование феномена Вождя – не однодневку, а книгу на все времена.От Октябрьского «спазма» 1917 Года и ожесточенной борьбы за ленинское наследство до коллективизации, индустриализации и Большого Террора, от катастрофического начала войны до Великой Победы, от становления Свехдержавы до смерти «кремлевского горца» и разоблачения «культа личности» – этот фундаментальный труд восстанавливает подлинную историю грандиозной, героической и кровавой эпохи во всем ее ужасе и величии, воздавая должное И.В. Сталину и вынося его огромные свершения и чудовищные преступления на суд потомков.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
Потемкин
Потемкин

Его называли гением и узурпатором, блестящим администратором и обманщиком, создателем «потемкинских деревень». Екатерина II писала о нем как о «настоящем дворянине», «великом человеке», не выполнившем и половину задуманного. Первая отечественная научная биография светлейшего князя Потемкина-Таврического, тайного мужа императрицы, создана на основе многолетних архивных разысканий автора. От аналогов ее отличают глубокое раскрытие эпохи, ориентация на документ, а не на исторические анекдоты, яркий стиль. Окунувшись на страницах книги в блестящий мир «золотого века» Екатерины Великой, став свидетелем придворных интриг и тайных дипломатических столкновений, захватывающих любовных историй и кровавых битв Второй русско-турецкой войны, читатель сможет сам сделать вывод о том, кем же был «великолепный князь Тавриды», злым гением, как называли его враги, или великим государственным мужем.    

Ольга Игоревна Елисеева , Наталья Юрьевна Болотина , Саймон Джонатан Себаг Монтефиоре , Саймон Джонатан Себаг-Монтефиоре

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Образование и наука