Роберт Дейли

Сильные духом

Сокращение романов, вошедших в этот том, выполнено Ридерз Дайджест Ассосиэйшн, Инк. по особой договоренности с издателями, авторами и правообладателями.

Все персонажи и события, описываемые в романах, вымышленные. Любое совпадение с реальными событиями и людьми — случайность.

Глава первая

Сверху доносился гул пролетавших высоко в небе бомбардировщиков.

Туалетная комната — ряд умывальников вдоль одной стены, ряд унитазов вдоль противоположной — не отапливалась, как и вся казарма. Дэвид Гэннон брился холодной водой. В двадцать лет брить ему было особенно нечего. Голубоглазый, с белозубой улыбкой и рыжеватыми, по-военному коротко постриженными волосами, он совсем недавно прибыл в эскадрилью. У Дэвида был предельно допустимый для летчика-истребителя рост — метр семьдесят пять, но зато вес вполне подходящий — шестьдесят восемь килограммов. Когда он, как сейчас, снимал нижнюю рубашку, у него можно было пересчитать все ребра. С годами Дэвид поправится — если, конечно, ему выпадет счастье выжить в этой войне.

Майор Джо Тофт вошел в туалетную комнату и встал к умывальнику рядом с Гэнноном. В свои двадцать пять Тофт был в эскадрилье самым старшим не только по званию, но и по возрасту. На счету Тофта, командира эскадрильи и ее лучшего летчика, было шестнадцать сбитых самолетов. Неудивительно, что Гэннон благоговел перед майором, который был к тому же на целых пять лет старше его.

Зеркало не отражало самого главного в Дейви: на нем еще не было крови, он пока не успел никого убить — и об этом знала вся эскадрилья. Зато никто не знал, что он еще ни разу не был с женщиной. В Америке у него осталась девушка по имени Нэнси. Он писал ей почти каждый день, она писала ему гораздо реже.

Надев летный комбинезон и куртку, Гэннон вышел на улицу, отыскал на стоянке свой велосипед. Утро было промозглое и хмурое. Сверху по-прежнему доносился гул бомбардировщиков, невидимых за плотными, низкими облаками. Самолеты летели в сторону холодного и неласкового Северного моря. Авиабаза располагалась всего в паре километров от берега, и Дейви даже чувствовал соленый морской запах.

Доехав до командного пункта, он прислонил велосипед к стене и вошел. Собравшиеся на предполетный инструктаж летчики переговаривались вполголоса, но все сразу притихли, когда на возвышение поднялся полковник. Один из штабных офицеров раздвинул занавеску, и они увидели настенную карту. Ежедневно перемещавшаяся ленточка сегодня протянулась до самого Штутгарта.

Казалось, в комнате стало еще тише. Авиации поставлена задача уничтожить промышленные объекты в пригородах, сказал полковник. Сопровождать бомбардировщики, уже поднятые в воздух, будут две из трех эскадрилий их авиационной группы, а также две эскадрильи «П-47» из 56-го полка — в общей сложности шестьдесят четыре истребителя.

Противник будет оказывать ожесточенное сопротивление, говорил полковник. При подходе к объекту ожидается сильный зенитный огонь. И на обратном пути также нужно быть готовыми к встрече с немецкими истребителями.

Затем наступила очередь метеоролога. Над Англией — сплошная облачность, сказал он, но уже над Голландией немного просветлеет. В районе цели, скорее всего, будет ясно.

Инструктаж длился сорок пять минут. Когда он закончился, летчики подошли к доске, на которой висели красные и синие кружки́ с их именами. По расположению кружков каждый мог видеть, в какой он сегодня группе и где его место в ней. Дейви предстояло лететь в красном звене и снова быть замыкающим. Его задача — прикрывать звено сзади.

Летчики вышли из барака, разобрали велосипеды и вскоре скрылись в промозглом тумане. У них еще оставалось немного времени, чтобы заехать в столовую.

На завтрак давали омлет из яичного порошка, поджаренный колбасный фарш, апельсиновый сок и кофе. Летчики говорили о последних потерях. Называли имена — сбитые пилоты были из других эскадрилий, — искали объяснение каждому отдельному случаю. Кто погиб? Как? Почему? Они раскладывали куски хлеба на чугунной печке, чтобы сделать тосты, и, пока хлеб подсушивался, перечисляли чужие ошибки, словно убеждая самих себя — всех этих смертей можно было избежать.

Гэннон тоже положил хлеб на печку. Он понимал, что и его могут сбить, и порой думал о гибели в бою, хотя в его возрасте было трудно себе ее представить. Однако говорить об опасности ему нравилось. Это помогало ему ощутить превосходство перед оставшимися в Штатах ровесниками, которые не нюхали пороха, не сталкивались лицом к лицу со смертью.

Дейви сделал бутерброд с арахисовым маслом и джемом, завернул его в салфетку и спрятал в карман — в полете он наверняка проголодается.