Читаем Сильнее времени полностью

Профессор застыл в задумчивости. Исполнители на цыпочках покинули лабораторию. Таня вернулась и выжидательно остановилась перед Евгением Кунегиным.

С грохотом полетел отброшенный профессором стул:

– Итак, моя дорогая, давайте-ка позабывать навеки стены этой лаборатории.

– Что вы! Евгений Петрович!

– Я давно Евгений Петрович. Сорок лет! Но я должен подвести итог вашим стараньям. Вместо того чтобы обучить машину выражать поэтические чувства композиторов, написавших предложенную ей музыку, вы превратили сложнейшую лазерную электронно-вычислительную машину в электронное зеркало не столько собственных чувств, сколь дамских причуд. Отсюда и «мальчики кровавые» Цвейга, и приворотное зелье купринской Олеси с болот Беловежской пущи. С меня хватит. Здесь не цирк, а научное учреждение. Мне нужно создавать искусственный интеллект, изучить природу человеческих чувств и возможность их воспроизведения, а не… а не новые варианты эпистолярного жанра, неизвестные во времена пушкинской Татьяны.

– Евгений Петрович! Пощадите!

– Не всякий скажет вам, что я скажу. К беде неискренность ведет.

– Но ведь я же искренняя, искренняя! Я не виновата, что Машенька все угадывает, все понимает. Она же замечательная, как вы сами знаете!

– Я-то знаю, очень хорошо знаю. Например, знаю, что нам с вами не по пути.

– Вот как? – всхлипнула Таня, потом заговорила, глотая слезы. – Хорошо, Евгений Петрович. Я уйду, уйду, раз вы этого хотите. Я откажусь от вашего руководства, хотя никогда не желала бы ничего другого. Я отказываюсь от выбранной вами для меня темы диссертации. И вы больше меня не увидите. Я завтра же уеду в Ленинград, к маме. Она работает у академика Гранина. Я уверена, что и мне там найдется местечко и тема диссертации. Пожалуйста!..

– Гранин, Гранин! Академик! Генерал от кибернетики! Куда уж нам гоняться. Хотите уезжать? Скатертью дорожка! Дозвольте, подсажу в карету.

– Не смейтесь надо мной! – воскликнула Таня и разрыдалась.