Читаем Сильнее смерти полностью

М а р и я  А л е к с а н д р о в н а. Я поседела тогда за несколько дней. Но забота об остальных детях. Пятеро остались у меня на руках.

Г а е в а я. А муж?

М а р и я  А л е к с а н д р о в н а. Скончался годом раньше.

Г а е в а я. Мой умер в позапрошлом году… Зиночке двенадцать лет… Сколько было вашим детям?

М а р и я  А л е к с а н д р о в н а. Младшей, Маняше, — девять. Старшей, Анюте, — двадцать три. Но она больше всех нуждалась во мне. Ее арестовали вместе с Сашей и сослали на пять лет. А она была тогда хрупкой, нежной. Болезненной. Мы всей семьей и выехали за ней.

Г а е в а я. И потом все время — с ней?

М а р и я  А л е к с а н д р о в н а. Нет. Кому было тяжелее, с тем и жила. Арестовали Володю. Судили. Сослали в Сибирь. Хотела поехать к нему. Но тут Митю посадили в тюрьму. Выслали из Москвы. Я за ним. Когда арестовали и выслали Маняшу — я за ней. Потом ее снова арестовали…

Г а е в а я. Скажите… Был ли у вас хоть один год… Один спокойный год?

М а р и я  А л е к с а н д р о в н а. Последние восемнадцать лет не было.

Г а е в а я (только теперь оглядывает комнату. Увидела снедь на салфетках). Передала?

М а р и я  А л е к с а н д р о в н а. Да.

Г а е в а я. Дмитрию Ильичу — на несколько дней?

М а р и я  А л е к с а н д р о в н а. Митю заточили в крепость. Туда передач не принимают.

Г а е в а я. Кому же?

М а р и я  А л е к с а н д р о в н а. Его жене Антонине. И дочерям.

Г а е в а я. Всех арестовали?! Горе-то какое!

М а р и я  А л е к с а н д р о в н а. Да… Такого еще не случалось в нашей семье.


Кабинет следователя.

С л е д о в а т е л ь  сидит в кресло. М а р и я  И л ь и н и ч н а  стоит у стола.


С л е д о в а т е л ь. Садитесь.

М а р и я  И л ь и н и ч н а. Прежде чем отвечать на вопросы, хочу сделать два заявления!

С л е д о в а т е л ь (улыбнулся). Слушаю.

М а р и я  И л ь и н и ч н а. Что тут смешного?

С л е д о в а т е л ь. Мне по душе ваш решительный нрав.

М а р и я  И л ь и н и ч н а. Вот уже сколько дней нас держат в невероятно грязной камере. В ней полно пьяных бродяжек…

С л е д о в а т е л ь. Заявление не по моему адресу. Это дело тюремного начальства. Правда, я могу повлиять…

М а р и я  И л ь и н и ч н а. Повлияйте!

С л е д о в а т е л ь. При условии, что мы вызовем друг у друга взаимную симпатию.

М а р и я  И л ь и н и ч н а. И второе. В силу совершенно непонятных мне причин матери моей отказано в еженедельном личном свидании.

С л е д о в а т е л ь. Вы так и не видитесь?

М а р и я  И л ь и н и ч н а. Только в общем помещении. Из-за решетки. Но моя мама — старый человек. А условия этих свиданий таковы, что и молодому за шумом и криками совершенно невозможно что-нибудь слышать.

С л е д о в а т е л ь. Сочувствую.

М а р и я  И л ь и н и ч н а. Между тем ввиду ареста всей нашей семьи мать моя поставлена в исключительно тяжелые условия. И эта мера, прибавляя еще новую тяжесть по отношению к ней, является прямо-таки жестокостью, ни с ее, ни с нашей стороны ничем не вызванной. Это новое мучение не может не отозваться самым тяжелым образом на ней, и без того слабой и измученной всем происшедшим!

С л е д о в а т е л ь. Старой… Измученной… Искренне сочувствую Марии Александровне… Понимаю ваше волнение. Я тоже очень люблю свою матушку.

М а р и я  И л ь и н и ч н а. Сколько ей?

С л е д о в а т е л ь. Семьдесят. А вашей?

М а р и я  И л ь и н и ч н а. Шестьдесят восемь.

С л е д о в а т е л ь. Почти ровесницы… Говорите — измучена всем происшедшим. Думаю, особенно ее волнует ваш арест. Младший ребенок — главная отрада. Остальные Ульяновы семейные. Отрезанные ломти… Да, представляю, как она страдает, как жаждет увидеть вас на свободе. (После паузы.) Вот что… Сошлюсь на вашу молодость. И на исключительно тяжелые условия, в которых оказалась Мария Александровна Ульянова после ареста всех детей. Со мной считаются. Обещаю ходатайствовать о вашем освобождении… Будьте любезны, садитесь.


Мария Ильинична присела на краешек стула.


(Берет ручку, аккуратно очищает бумажкой перо, макает в чернильницу. Пододвигает стопку бумаги.) Прошу вас… Фамилия, имя, отчество.

М а р и я  И л ь и н и ч н а. Ульянова Мария Ильинична.

С л е д о в а т е л ь. Возраст.

М а р и я  И л ь и н и ч н а. Двадцать пять лет.

С л е д о в а т е л ь. Место рождения.

М а р и я  И л ь и н и ч н а. Симбирск.

С л е д о в а т е л ь. Вероисповедание.

М а р и я  И л ь и н и ч н а. Православное. Дочь действительного статского советника… Русская… Дворянка…

С л е д о в а т е л ь (улыбнувшись). Не так быстро. Я не поспеваю… Образование.

М а р и я  И л ь и н и ч н а. В Самарской женской гимназии до шести классов. Потом окончила московскую гимназию.

С л е д о в а т е л ь. Дальше.

М а р и я  И л ь и н и ч н а. Продолжала образование за границей.

С л е д о в а т е л ь. Где именно?

Перейти на страницу:

Все книги серии Одноактные пьесы

Похожие книги

Инсомния
Инсомния

Оказывается, если перебрать вечером в баре, то можно проснуться в другом мире в окружении кучи истлевших трупов. Так случилось и со мной, правда складывается ощущение, что бар тут вовсе ни при чем.А вот местный мир мне нравится, тут есть эльфы, считающие себя людьми. Есть магия, завязанная на сновидениях, а местных магов называют ловцами. Да, в этом мире сны, это не просто сны.Жаль только, что местный император хочет разобрать меня на органы, и это меньшая из проблем.Зато у меня появился волшебный питомец, похожий на ската. А еще тут киты по воздуху плавают. Три луны в небе, а четвертая зеленая.Мне посоветовали переждать в местной академии снов и заодно тоже стать ловцом. Одна неувязочка. Чтобы стать ловцом сновидений, надо их видеть, а у меня инсомния и я уже давно не видел никаких снов.

Вова Бо , Алия Раисовна Зайнулина

Драматургия / Драма / Приключения / Сентиментальная проза / Современная проза
Руны
Руны

Руны, таинственные символы и загадочные обряды — их изучение входило в задачи окутанной тайнами организации «Наследие предков» (Аненербе). Новая книга историка Андрея Васильченко построена на документах и источниках, недоступных большинству из отечественных читателей. Автор приподнимает завесу тайны над проектами, которые велись в недрах «Наследия предков». В книге приведены уникальные документы, доклады и работы, подготовленные ведущими сотрудниками «Аненербе». Впервые читатели могут познакомиться с разработками в области ритуальной семиотики, которые были сделаны специалистами одной из самых загадочных организаций в истории человечества.

Андрей Вячеславович Васильченко , Эдна Уолтерс , Эльза Вернер , Дон Нигро , Бьянка Луна

Драматургия / История / Эзотерика / Зарубежная драматургия / Образование и наука