Читаем Сильмариллион полностью

В ходе Великой Битвы, когда наконец повержен был Моргот и рухнул Тангородрим, из всех людских племен одни только эдайн сражались на стороне Валар, в то время как многие другие примкнули к Морготу. Когда же Владыки Запада одержали победу, уцелевшие приспешники зла бежали обратно на восток: в тех краях многие их соплеменники все еще скитались по невозделанным полям, где торжествовали жестокость и беззаконие, равно глухи к призывам и Валар, и Моргота. И явились к ним злые люди, а с ними – и тень страха; и те избрали их королями. Тогда Валар отвернулись до поры от людей Средиземья, отказавшихся внять их призывам и признавших владыками над собою друзей Моргота; и люди жили во тьме, и не было им защиты от злобных тварей, что измыслил Моргот в дни своего могущества: от демонов и драконов, уродливых чудищ и нечистых орков, созданных в насмешку над Детьми Илуватара. Ужасна была участь людей.

Но Манвэ изгнал Моргота и запер его за пределами Мира, во внешней Пустоте, и не может Враг сам возвратиться в мир в своем осязаемом и видимом обличии, пока восседают на тронах Владыки Запада. Однако брошенные им семена давали всходы и приносили злые плоды – стоило лишь порадеть о посеве. Ибо воля Моргота по-прежнему жила в мире и направляла его слуг, принуждая их противиться воле Валар и уничтожать тех, кто повиновался им. Про то хорошо знали Владыки Запада. Потому, когда выдворили они Моргота, принялись они совещаться касательно грядущих эпох. Эльфов Валар призвали возвратиться на Запад; и те эльдар, что вняли призыву, поселились на острове Эрессеа: одна из его гаваней носит название Аваллонэ – из всех городов земли она ближе всего к Валинору. Башня Аваллонэ, это – первое, что открывается взору морехода, когда корабль его приближается наконец к Бессмертным землям, оставляя за кормою бескрайние просторы Моря. Щедрая награда ожидала и Отцов Людей, героев трех домов, сохранивших верность Валар. Сам Эонвэ пришел наставлять их, и обрели они великое могущество и мудрость, и жизнь более долгую, нежели прочие смертные. Для эдайн создана была новая земля, не являющаяся частью ни Средиземья, ни Валинора, и отделенная от них безбрежным океаном – однако расположенная ближе к Валинору. Оссэ поднял ее из пучины Великих Вод, Аулэ укрепил, а Йаванна одарила плодородием, эльдар же украсили остров фонтанами и цветами, привезенными с Тол Эрессеа. Валар нарекли этот остров Андор, Дарованная Земля, и Звезда Эарендиля ярко вспыхнула на Западе как знак того, что все готово, и луч ее, точно путеводная нить, прочертил путь через море, и подивились люди, завидев серебристое пламя на дорогах Солнца.

Тогда эдайн вышли на кораблях в открытое море, следуя за Звездой; и Валар на много дней смирили морские бури, и по их воле сиял солнечный свет и дул попутный ветер, и водная гладь искрилась перед глазами эдайн точно стекло, подернувшись мелкой рябью, и пена разлеталась, словно снежные хлопья, перед форштевнями их кораблей. Столь ярко пылал Ротинзиль, что даже по утрам люди различали на Западе его трепетный свет, а безоблачными ночами он сиял один, ибо все другие звезды меркли в его лучах. Держа курс на Звезду, эдайн преодолели наконец бескрайние морские пространства и увидали вдали, в мерцающей золотой дымке, приготовленный для них остров, Андор, Дарованную Землю. И вот пристали они к берегу, и сошли с кораблей, и открылся их взорам цветущий, изобильный край, и возрадовались они. И нарекли они эту землю Эленна, что означает «К Звезде», или иначе Анадунэ, то есть Западная земля, Нуменорэ на Высоком наречии эльдар.

Так началось бытие того народа, что на языке Серых эльфов зовется дунэдайн: нуменорцы, Короли среди людей. Но и они не избежали тем самым смертного удела, что Илуватар назначил всему роду человеческому; дунэдайн оставались смертны, хотя долог был отмеренный им срок, и не знали они недугов до того, как на народ их пала тень. Умножились мудрость их и слава; более прочих людских племен во всем уподобились они Перворожденным; были они высоки ростом – выше, чем самые высокие из сынов Средиземья; и глаза их сияли ярко, точно звезды. Но медленно росло число жителей этой земли, ибо хотя рождались среди дунэдайн дочери и сыновья, еще более прекрасные, нежели отцы их – однако очень немного.

Встарь главный город и гавань Нуменора находился посреди западного побережья и назывался Андуниэ, ибо смотрел на закат. В самом центре острова возвышалась гора, высокая и отвесная; название ей было Менельтарма, Столп Небес, и вершина ее – ровная, открытая всем ветрам – считалась святилищем Эру Илуватара; иных храмов и капищ не строили в земле нуменорцев. У подножия горы воздвигнуты были усыпальницы королей, а совсем рядом, на холме, стоял Арменелос, прекраснейший из городов: там высилась башня и цитадель, возведенная Эльросом, сыном Эарендиля, ставшего волею Валар первым королем дунэдайн.