Читаем Сильмариллион полностью

Так люди Средиземья обрели утешение и поддержку; тут и там вдоль западного побережья глухие леса отступили вглубь материка; люди сбросили ярмо морготова детища и позабыли о страхе своем перед тьмою. И чтили они память о высоких Морских Королях, и, когда те уплыли прочь, стали звать их богами, уповая на их возвращение. Ибо в те времена нуменорцы не задерживались в Средиземье надолго, и до поры не спешили основать там свои поселения. На восток призывал их долг, но к западу по-прежнему стремились сердца их.

Тоска эта все усиливалась с течением лет; все сильнее манил нуменорцев город бессмертия, что различали они вдалеке, и мечта о вечной жизни, об избавлении от смерти и блаженстве, не имеющем предела все больше овладевала ими; и в то время, как росли могущество и слава дунэдайн, росло и недовольство. Ибо хотя Валар вознаградили дунэдайн долгой жизнью, усталость от бремени мира, что приходит рано или поздно, не могли исцелить Владыки Запада; и нуменорцы умирали — все, даже короли из рода Эарендиля, и краток был в глазах эльдар отмеренный им срок. Вот так на нуменорцев пала тень: может статься, это вновь явила себя злобная воля Моргота, что все еще жила в мире. Нуменорцы принялись роптать — сперва втайне, а затем и открыто, проклиная участь людей, а более всего — Запрет, не позволяющий им плавать на Запад.

И говорили они промеж себя: «Почему Владыки Запада живут там в мире, и нет пределов их благоденствию — мы же должны умирать и отправляться сами не знаем куда, покидая дома наши и все, что создали своим трудом? Эльдар тоже не знают смерти — даже те, что восстали против Владык. Мы подчинили себе все водные просторы, нет такого моря, что оказалось бы слишком широким и бурным для наших кораблей — почему же не позволено нам доплыть до Аваллонэ и повидать живущих там друзей наших?»

Находились и такие, что заявляли: «Почему не позволено нам доплыть хотя бы и до Амана, и, оказавшись там, вкусить — пусть на один только день — блаженство Властей? Разве не превзошли мы в могуществе народы Арды?»

Эльдар передали эти речи Валар, и опечалился Манвэ, видя, как над Нуменором в расцвете славы сгущаются тучи. И отправил он к дунэдайн вестников; долго и убежденно говорили они с королем и всеми, кто соглашался слушать, рассказывая об участи и устройстве мира.

«Судьбу Мира изменить может только Тот, кто создал его, — увещевали они. — Даже если бы и впрямь пустились вы в плавание и, миновав все ловушки и мороки, добрались бы до Амана, Благословенного Королевства — немного пользы принесло бы то вам. Ибо отнюдь не земля Манвэ делает обитателей ее бессмертными, но Бессмертные, живущие там, освятили землю; вы же, оказавшись в Амане, только ощутили бы до срока усталость прожитых лет и погибли бы, словно мотыльки в свете чересчур ярком и неугасимом».

Но молвил король: «Разве Эарендиль, мой предок, не здравствует и поныне? Или он не в земле Аман?»

На это отвечали Вестники: «Сам знаешь, ему дарован особый удел: он причислен был к Перворожденным, над которыми смерть не властна; однако помни также, что не суждено ему когда-либо возвратиться в смертные земли. Тогда как ты и народ твой — не из числа Перворожденных; вы — смертные люди; такими сотворил вас Илуватар. Сдается, однако, что хотите вы завладеть достоянием обоих народов: плавать в Валинор, когда заблагорассудится, и возвращаться, буде на то ваша воля, к домам своим. Тому не бывать. Да и не могут Валар отнять дары Илуватара. Эльдар не понесли наказания, говорите вы — даже те, что восстали, не знают смерти. Однако для них это — не награда и не кара, но суть их бытия. Эльфы не могут уйти, они связаны с этим миром и не покинут его пределов, пока стоит мир, ибо жизнь Арды и жизнь эльфов едины. Вы же несете наказание за бунт людей, к коему отчасти причастны, говорите вы, — потому смерть имеет над вами власть. Но изначально не карой задумана была смерть. Это — путь к спасению; вы покидаете мир и не связаны с ним, будь то в надежде или усталости. Так кому же из нас пристало завидовать другому?»

И ответствовали нуменорцы: «Как же не завидовать нам Валар или даже последнему из Бессмертных? От нас требуют слепой веры, надежды без уверенности; не ведаем мы, что ждет нас в ближайшем будущем. А ведь и мы любим Землю и не желаем расставаться с нею».