Читаем Сила ведлов полностью

Посередине озера находился необитаемый остров, на котором лётчики, хорошенько прочесав окрестности, и заночевали. Все далёкие уже ведлы, кто хотел, могли видеть и даже слышать, как Митяй проводил аэрофотосъёмку местности, заставляя Тимофея строго выдерживать заданный ему курс и высоту полёта. Вечером они общались с друзьями и вместе радовались первым находкам. В первый же день исследователи насчитали почти шесть тысяч первобытных охотников. Все последующие десять дней, летая от Пальмиры до Красного моря и дельты Нила, Митяй снова и снова убеждался, что двадцать тысяч лет назад, несмотря на то что уровень Мирового океана был метров на пять ниже — Босфор ведь они проходили, полностью подняв к днищу подводные крылья, да и Керченский пролив был заметно уже, и только уровень Каспия, наоборот, был метров на десять выше, — пустыни ещё не обезобразили прекрасный лик Матушки-Земли. Это произошло и может снова произойти в течение ближайших десяти тысяч лет. Подумав о таком сроке, Митяй невольно засмеялся и сказал повернувшемуся к нему Тимохе:

— Это я так, о своём, о девичьем, вспомнил, Тимка. Впрочем, дружище, тем, о чём я вспомнил, придётся заниматься нашим с тобой потомкам. Ладно, летим в Хайфу.

Тимофей тут же поинтересовался:

— И чем же им придётся заниматься, Митяй Олегович?

— Экологией, друг мой, экологией, — усмехнувшись, ответил Митяй. — Им нужно будет каждый день следить за тем, чтобы в тех краях, куда мы вскоре полетим, не исчезло ни одно деревце и чтобы Африка не превратилась в пустыню. Тогда и здешние края навсегда останутся зелёными, а вслед за ними пустыня не придёт в Среднюю Азию и не пойдёт гулять дальше, по Китаю, Монголии и даже Северной Америке. Тимофей удивлённо воскликнул:

— Митяй, это кто же в Африке на деревья покушается? Мне помнится, что и до того, как ты пришёл к нам, мы почти никогда деревьев не рубили. Одни только сучья для костра собирали да те коряги, что река прибивала к берегу.

Кивнув, Митяй с хитрой улыбкой ответил:

— Тимка, я не стану выдвигать огульных обвинений. Давай сначала доберёмся до места, а там уже разберёмся, кто он, тот негодяй, который Сахару в пустыню превратил. Выявим ворога и зададим ему хорошую трёпку.

Вскоре они прилетели в порт и увидели, что там, преимущественно методом каменной охоты, народу ведь толклось на берегу целая дивизия, уже стояли сотни две каменных коробок довольно-таки роскошных вилл, причём по типичному южному проекту и бережно сохраняя растительный покров. Километрах в пятнадцати от берега, в месте слияния двух речек, был построен довольно-таки большой пруд-накопитель с плотиной высотой в четыре метра и пологим каменным лотком для стока воды. Рыба, если это форель или лосось, пройдёт запросто, а рядом с ним второй водосброс для нории и длинный акведук для подачи воды в громадное напорное водохранилище, из которого та потечёт по акведукам и арыкам в сады, прудики, фонтаны и каменные виллы жителей этого прелестного приморского городка. Таким уж его спроектировали, и даже, более того, без малого семь сотен местных жителей уже примкнули к народу Говорящих Камней. Всего Митяй и его друзья насчитали в обследованной с воздуха части Малой Азии порядка семидесяти тысяч охотников, причём одних только южных аларов. Черноволосые дарги, о которых местные жители отзывались довольно неплохо, жили значительно севернее. Тем не менее Митяй счёл такую плотность населения едва ли не самой высокой. Он не спешил раскрывать всех своих секретов и догадок даже жене, боясь что-нибудь сглазить. Тем более он не рассказывал о них друзьям и после большого совещания с князьями, на котором лишь усмехался, когда те призывали оставить здесь чуть ли не сотню супершишиг, властным жестом заставил всех замолчать и с лёгкой улыбкой, но очень строго сказал:

— Здесь съедут на берег всего восемь машин и их команды, которые, кроме этого, заложат ещё семь городов. Вот карта с указанием тех мест, где они должны стоять. Ещё две машины съедут на берег поблизости. Одна вот в этом месте, где мы сделаем остановку на несколько дней и расширим русло речки, впадающей в оба моря, чтобы соединить Красное и Средиземное моря широким и глубоким судоходным каналом, а вторая немного выше по течению Нила, но я вовсе не требую, чтобы вы использовали мои названия. Когда мне понадобится отметить какое-то место особо, я сам об этом скажу, а потому можете называть реки, горы, моря и тем более города так, как вы захотите.

Антон тут же воскликнул:

— Митяй, тогда пусть это море, которое ты называешь Средиземным, называется морем Ирины! Когда мы прошли Дарданеллы, она стояла на носу «Великого Митяя» и первой поприветствовала эти воды.

Все остальные князья и главные ведлы согласно закивали, и Митяй с улыбкой сказал: