Читаем Сила Трех полностью

Они плыли все вниз и вниз. Внезапно сгустилась зеленая тьма — словно они оказались не только под водой, но и под домом. В ушах у Гейра гудело и булькало. Легкие без всякого предупреждения сообщили ему, что воздух у них кончился. Гейр напомнил себе, что это чепуха: после того как первый раз захочется вдохнуть, можно продержаться еще очень долго. Но все равно пришлось изо всех сил сдерживаться, чтобы не вырвать руку из руки Хафни и не начать орать и биться. Гейр напомнил себе, что сегодня день Солнца. Хафни вовсе не собирается его топить. Хафни мечтает о том, чтобы вольно гулять на открытом воздухе. Наверное, быть доригом — просто кошмар, лихорадочно думал Гейр, просто чтобы отвлечься от мыслей о воздухе. Ведь вся земля для них полна опасностей.

Но что бы Гейр ни думал, грудь у него болела, а все тело так и кричало, чтобы он вдохнул — вдохнул что угодно, даже воду. В голове засверкали воображаемые огоньки. «Солнце!» — подумал Гейр. Он повторял в мыслях слова Светлого Солнца и Бледной Луны, слова воды — чтобы она ему не вредила, — слова, слова, слова. Гейр почувствовал, что Хафни поплыл быстрее. Запястье болело. Было темно-темно, словно глубоко под чем-то. А грудь у Гейра молила, чтобы он вдохнул — или умер.

Хафни крутанулся, остановился и снова крутанулся. Пала черная тьма. Гейр понял, что они заперты в тесном пространстве глубоко под водой и что он сейчас умрет. Хафни ничего не понимает. Дориги совсем не такие, как люди. Гейр отчаянно уцепился за Хафни, но не успели его пальцы сомкнуться на скользком одеянии Хафни, как хлынул свет, а вместе с ним послышался шум, и вода взметнулась. Гейра отшвырнуло назад, и он почувствовал, как Хафни ухватил его. Но шумел ведь воздух, точно воздух! Гейр вдохнул полной грудью, и это оказалась вода.

Спустя недолгое время Гейр пришел в себя — он задыхался и кашлял при ярком свете на скользком каменном полу. Рядом отдувался и откашливался Джералд. Над головой послышался голос Халлы:

— Ой, да тихо ты, Хафни! Все с ними будет в порядке. Просто дыхание кончилось, как у малышей в первый раз.

Гейру вовсе не казалось, что все с ним будет в порядке, так что он остался лежать, где лежал. Он услышал, как Джералд поднимается на ноги.

— Ничего себе, — прогудел в тесном пространстве голос Джералда. — Это что, воздушный шлюз?

— У нас их называют просто шлюзами, — сказала Халла. — Я и не знала, что у великанов тоже такое есть.

— Есть — на подводных лодках и космических кораблях, — прогрохотал Джералд. — А как он устроен?

— Это наша тайна, — с достоинством ответила Халла.

По ее голосу Гейр сразу понял, что ничего она о шлюзах не знает — во всяком случае, не больше, чем знает он сам о том, почему ворота Гарлесья открываются, когда говоришь нужные слова.

— А свет откуда? — спросил Джералд.

— От стен, — сказала Халла.

Гейр уже понял, что это такой же свет, как и тот, который зажигают у них в Гарлесье. Он перекатился на бок, сел и произнес:

— У нас он светит от слов. А у вас?

— У нас тоже. Ты как, ничего? — с облегчением спросил Хафни.

Гейр взглянул в тревожные желтые глаза и так и подпрыгнул от изумления, поняв, что Хафни он нравится. Хафни до смерти перепугался, что утопил его. Джералд, который стоял за спиной у Халлы, тоже смотрел на Гейра с тревогой, — теперь, когда волосы и одежда у великана намокли, он казался куда меньше. И Гейр подумал, что ему очень повезло: насколько ему было известно, он с первого взгляда понравился только двум людям — и то великану и доригу.

Халла, которая Гейру нравилась меньше, заметила:

— Ну точно две потонувшие крысы. Дверь открывать?

И тут Гейру позорно и отчаянно захотелось, чтобы здесь была Айна.

— Пошли, — скомандовал Хафни.

Халла подняла руку и потянула за длинный рычаг. Тут же ближайшая стена отворилась внутрь, словно большая толстая дверь. Они вышли в ярко освещенный коридор, по которому тянуло теплом. Прежде чем дверь снова закрылась, Гейр оглянулся и увидел, что дальняя стена комнаты тоже была как толстая дверь, под которую сочились темные струйки воды.

В коридоре оказалось довольно сухо. Хотя Гейр с Джералдом вымокли до нитки, они совсем не зябли — так было тепло. Порывами дул горячий ветер, принося с собой клейкие рыбные запахи. Коридор выходил в галерею — гораздо шире и выше и с арками по обеим сторонам. Халла объяснила, что арки ведут в жилые покои. Судя по всему, там еще и работали. Из одной арки валил пахучий липкий пар. В другой Гейр заметил сотни рыбьих шкурок, развешанных и растянутых на стойках. За третьей виднелась кузница, и Джералд захотел задержаться и посмотреть.