Бизнесмена передёрнуло от страха. Он даже несколько раз оглянулся, не гонятся ли и за ним. Поблагодарил провидение, что не столкнулся ни с кем из «начальников». Те, кто совершил такое зверство, вряд ли отпустили бы свидетеля.

* * *

Наступил Титюити — великий праздник подземного народа, означающий прибытие сихирти на большую землю. Об этом, как и в прежние времена, сообщил Туди после пинка по рёбрам. Хозяин «Схватишек» смирился с тем, что праздники у подземного народа — скучная нажираловка кумысом. К тому же лишены логики, как и календарь, которого он, кстати, никогда не видел.

На праздновании они, как всегда, уселись под стеночку и молча там сидели. Никита, как и положено каждому добропорядочному сихирти, набирал чашку кумыса, выпивал и ждал следующего захода к чану. С Туди не перекинулся ни единым словом. Не хотелось, да и знал, что дедок не будет общаться.

Но старик удивил человека. Когда вернулись с очередными наполненными до краёв кружками, Туди пробормотал:

— Сейчас напьюсь! — присел он на лавку.

— Чего-чего? — переспросил бизнесмен.

— Напиться хочу. — Повторил надсмотрщик и залпом осушил кружку. — Для дела.

— Для какого такого дела надо напиться?! — Никита почувствовал неладное.

— Собираюсь уйти, — старик постучал себя кулаком по груди, словно проталкивал выпитое.

— Куда? — бараньими глазами посмотрел на него человек.

— На Кудыкину… ик… Гору! — буркнул дед.

Никита понял, что спросил глупость. Будто у Туди много вариантов, куда уйти.

— А чем тебе здесь не того… — неопределённо покрутил рукой бизнесмен. Сказывалось количество выпитого — мозги прекратили работать должным и привычным образом. — Ну… это… не того… не сидится?

Надсмотрщик посмотрел на него долгим и нетрезвым взглядом.

— Ик… — вырвалось у него.

— А подробней? — Никите показалась, что его шутка самая смешная в мире. Но дед даже не улыбнулся.

Сихирти вокруг о чём-то заговорили. Вначале тихо, но с каждой секундой шум возрастал. В итоге, меньше чем за минуту они расчирикались словно воробьи. Племя изрядно опьянело.

— Насточертели мне… ик… они! — неожиданно стукнул кулаком по столу Туди. — Не хочу… ик… я больше тут жить! И наверху не хочу! Люди… ик… ненавижу я их! Убивать любят друг друга! Ик… Но и эти, — широко махнул рукой. — Остановились в своём развитии. Недалёкие… ик… и тупые. Тошнит уже от них! Вот и приходится жить на два… ик… мира.

Никита смотрел на старика и пытался понять, что тот имеет ввиду. Какие два мира? От кого тошнит? Или из-за алкоголя тошнит? Хотелось спать, поэтому смысл всего сказанного как-то не доходил.

— Так и куда собираешься уйти? — вновь спросил бизнесмен, будто ему не ответили минуту назад.

— Сейчас увидишь.

Туди резво вскочил и нетвёрдой, но целеустремленной походкой направился к трону. Никита понимал, что ему бы следовало держаться подальше, но любопытство пересилить не смог. Вскочил и поплёлся следом. Кровь отхлынула из головы, в глазах потемнело. Бизнесмен покачнулся, но на ногах устоял. Туди, тем временем, уже подошёл к Гоги, и человеку пришлось побежать, чтоб не пропустить разговор.

— Привет, — с вызовом произнёс Туди.

Никита хотел демонстративно поклониться, но вместо этого чуть не бухнулся макушкой в землю.

— Привет, — улыбнулся император старику.

Он был в прекрасном настроении, что сразу бросилось в глаза. Улыбался, маленькими глотками потягивал кумыс.

— Я завтра ухожу, — громко и чётко произнёс Туди на языке подземного народа.

Никита не понял слов, но догадался по интонации. Почувствовал, как из-под ног уходит земля. Перемены всегда страшны. Тем более неожиданные и нежданные.

Веселье в пещере продолжалось. Сихирти заполучили любимый напиток в достаточном для опьянения количестве. И ничто другое их уже не интересовало. Император молчал, сверлил Туди взглядом.

— Хорошо, — наконец сказал он. — Я отпускаю тебя. Но обратно не приму.

— Я уже слишком стар, чтобы возвращаться обратно, — произнёс старик по-русски и низко поклонился.

Из этих слов Никита понял, что император разрешил Туди уйти.

— А ты что хотел, Шершень? — поинтересовался Гоги и дедок перевёл его слова.

Хозяина «Схватишек» так и подмывало ответить, что и он хочет уйти. Но понимал, что просить надо более приземлённое.

— У меня женщина умерла, которую ты снисходительно отдал в моё распоряжение. Хотел бы попросить новую. И, если можно, чтобы она была в здравом уме и твёрдой памяти.

Туди усмехнулся, но перевёл на чирикающий язык подземного народа слова человека. Гоги несколько долгих минут смотрел на художника.

— Ладно, — медленно произнес он. — Будет тебе женщина.

После того как Туди перевёл сказанное, Никита до земли поклонился и произнёс на языке сихирти:

— Спасибо, мой император.

Часть 3