Читаем Сияние севера полностью

-Нет-нет, я говорю совершенно серьёзно! Даже не думай попасть под шальное воздействие или погибнуть каким-нибудь другим способом. По крайней мере не в ближайшие два-три месяца. Я этого не потерплю! Не будь я профессором Непийвода.

Среагировав на знакомую фамилию, Горазд поднял голову, но знаменитый профессор и молодая лаборантка по имени Екатерина уже спешно уходили прочь.

Горазд попытался продолжить путь к ангарам с военной техникой, но его перехватил пробегавший мимо капитан и тут же направил на разбор пожара в соседнем здании. Там один мизгирь держал падающую крышу, а несколько десятков человек тушили последние очаги возгорания и разбирали остатки обгоревшей и поломанной стены. К ним Горазд и присоединился. Спустя два часа его нашёл Золотилов и, поругавшись сначала с ремонтниками, потом с руководившим ремонтными работами капитаном, он забрал Горазда. После чего вручил второму пилоту управление их собственным мизгерём и отправил разгребать образовавшиеся после ночного авианалёта завалы. Сам при этом совершенно беспардонным образом удобно устроился в ложементе первого пилота и вскоре заснул. Разрезая мономолекулярными ножами обрушившиеся перекрытия и откатывая в сторону каменные блоки, Горазд слушал выводимые первым пилотом рулады и отчаянно завидовал ему.

К утру завалы оказались разобраны и с ощущением честно выполненной работы Горазд вернулся в свою комнату общежития. К счастью она не пострадала не смотря на частично разрушенную крышу. Падая на кровать и засыпая прямо в полёте, Горазд вспомнил, что так и не удалось поужинать вечером. Но спать хотелось больше чем кушать, и он уснул, уткнувшись носом в подушку, сняв сапоги, но сил снять комбинезон пилота уже не хватило.

Глава пятая. Освобождение посёлка Вынгапуровский

Из труда «Первая межмировая. Война вторжения» профессора Непийвода. Раздел «Личности двух верховных главнокомандующих»:

До вторжения, Леонид Сергеевич Башуров занимал должность полковника арктических войск Российской Федерации. Михаил Богданович Кравцов был адмиралом северного флота защищающего границы русской Арктики. Сложно переоценить роль обоих этих людей в создании укреплённых районов вдоль "пояса жизни" из крупных российских северных городов. Во многом благодаря их усилиям откатывающимся остаткам российских вооружённых сил удалось зацепиться и остановить демонов на самой границе пригодного для жизни пространства северной части России.

К третьему году войны оба они входят в новообразованный верховный военный совет, взявший на себя всю полноту власти в остающихся свободными землях Российской Федерации.

Кравцов выбран главой совета и исполняющим обязанности главнокомандующего. И пусть мы никогда не простим его предательства, следует всё же помнить о тех, без малого, пяти годах, когда Михаил Богданович Кравцов ещё оставался человеком, а не адской тварью. Когда он укреплял оборону, развёртывал сотни эвакуированных с захваченных земель южной и центральной России, заводов. Размещал сотни тысяч беженцев и лично курировал восстановление российской академии наук и создание большого исследовательского центра в Якутске.