Читаем Сигнал полностью

Против своей воли он мысленно укорял соседа, который с самого начала скрывал от него мрачную историю дома. Конечно, Рой хотел как лучше, и он не обманывал Тома, лишь умалчивал о некоторых обстоятельствах, отвечал уклончиво, но все для того, чтобы его защитить. Кто хотел бы узнать, что в его новом доме случилось так много смертей? Том знал, что он не вправе сердиться на Роя Макдэрмотта за его уклончивость. Даже напротив. Старик проявлял осторожность и заботу о нем. Том был отходчивым и знал, что скоро его обида пройдет. Пара банок пива на террасе…

Он открыл черную тетрадь, нашел нужную страницу и погрузился в чтение.

До обеда он успел прочитать еще две тетради.

Гари Талли переехал в Мэхинган Фолз и поселился в том самом доме, где жила Дженифаэль Ашак, в полуразрушенной хибаре, которую ему пришлось отремонтировать. Он описывал свои исследования о возможностях установления контакта духа умершего с реальным миром. Он делал ставку на последнее место, где человек жил или где он провел счастливые минуты. Гари занимался бесчисленными спиритическими сеансами, один или в компании могущественных экстрасенсов, который порой приезжали к нему из весьма далеких точек мира. Встретив на странице имя Марты Каллиспер, Том почти не удивился. Кажется, Гари не слишком ее жаловал, она добилась не бо́льших результатов, чем все предыдущие медиумы.

Талли также интересовался мифами индейцев — тех, кто изначально жил на этих землях, их легендами, спиритическими обрядами и местной историей. Имя Вендиго приковало внимание Тома. Чудовищное создание, при встрече с которым человеку надо бежать со всех ног, служило дьяволу и очень заинтересовало исследователя. Он побывал во многих индейских поселениях, вплоть до Канады, чтобы расспросить жрецов, шаманов, хранителей древних обрядов. Вендиго, который питается человечиной, может принимать разные формы, иногда человеческое обличье, а иногда бывает огромным, так что может гнуть ели одним дыханием. Талли собрал множество свидетельств людей, которые утверждали, что видели, как люди становились каннибалами в надежде снискать милость Вендиго. Поскольку он был не только пугающим и злым, но также одним из самых могущественных существ индейского пантеона. От заключения Талли у Тома мороз побежал по коже, и он вспомнил слова Марты Каллиспер. Гари считал миф о Вендиго одним из самых распространенных, который впитал всю суть культуры американских индейцев с древнейших времен. И столь длительная и сильная вера не могла остаться без последствий. Все эти души верили в его существование, питали его собой, так что чудовище так или иначе воплотилось. Вендиго существовало. Оно жило в параллельном измерении, и все верившие в него люди вдохнули в него жизнь, и даже простое упоминание чудовища придавало ему сил.

Возможно, именно Гари убедил Марту и Роя в том, что коллективная вера не проходит бесследно?

Том вздрогнул и продолжил чтение.

Том заметил, что увлечение Талли все росло и крепло, превращаясь от тетради к тетради в настоящую одержимость. Талли был абсолютно уверен, что можно создать коридор между миром живых и мертвых, и он чувствовал, когда переехал сюда, особую связь с Дженифаэль Ашак. Он писал, что знает ее лучше, чем кто-либо, и бесплодность поисков угнетала его все сильнее.

Сбивчивая, бессвязная речь, все более неразборчивый почерк… Очевидно, Талли все дальше погружался в депрессию.

Следующие тетради это подтверждали. Проходили годы, записи появлялись в тетради все реже, сводясь к минимуму, краткой сводке встреч, поисков и отсутствии всякого результата.

Том читал уже самые последние строки, а солнце садилось, и в кабинете становилось все темнее. Том наклонялся все ниже, чтобы разобрать мелкий нервный почерк. Он забыл об ужине и даже не заметил возвращения Оливии и мальчиков, которые, очевидно, решили не тревожить его и не отвлекать от работы.

В последних тетрадях Талли выражался совсем путанно. Почти невразумительно. Он явно сходил с ума.