Читаем Шторм войны полностью

Поначалу я во всем виню Айрис, ее мать и Бракена. Хотя Кэл обещал сохранить союз, сомневаюсь, что они выполнят свою часть договора. Они потеряли слишком много – и эти люди не из тех, кто пожелает отправиться домой с пустыми руками. У всех есть личные причины мечтать о мести, а Норта еще слаба, расколота гражданской войной. Простая добыча для сильного зверя. Мир, которого мы добились сегодня, непрочен. Я буквально слышу обратный отсчет.

«Ты боишься не поэтому, Мэра Бэрроу».

Вчера ночью мы с Кэлом условились не принимать никаких решений и не менять то, что уже сделано. Кое-что можно было игнорировать, пока успех войны висел на волоске. Но я думала, что у нас будет больше времени. Я понятия не имела, что все закончится так быстро. Что наши ноги уже висят над пропастью.

«Раз Мэйвен свергнут, значит, Кэл действительно владыка Норты. Он коронуется и вернет себе свои законные права. Он женится на Эванжелине. И ничто прежнее не будет иметь значения. Мы снова станем врагами».

Монфор и Алая гвардия не потерпят в Норте очередного короля.

И я тоже, как бы Кэл ни клялся все изменить. Привычный уклад просто повторится – у его детей, внуков и так далее, если короли и королевы останутся у власти. Кэл отказывается признавать то, что должно быть сделано. У него не хватает храбрости принести жертву, которая необходима, чтобы сделать мир лучше.

Я украдкой смотрю на него сквозь ресницы. Кэл не замечает моего взгляда – его мысли устремлены в глубину. Он думает о брате. Принц Мэйвен Калор должен заплатить за учиненное кровопролитие, за раны, которые он нанес нам всем.

Незадолго до набега на тюрьму Коррос – когда Кэл полагал, что мы, возможно, застанем там Мэйвена, – он сказал, что не удержится. Набросится на Мэйвена со всей яростью. Кэл испугался, что теряет власть над собой. Я сказала ему, что убью Мэйвена, если это не сумеет сделать он. Тогда было легко давать обещания… но когда такая возможность представилась, когда Мэйвен взглянул на меня из ванны, беззащитный как младенец, я отвернулась.

Я желаю его смерти. За то, что он сделал со мной. За всю боль, за все страдания. За Шейда. За Красных, которыми он пользовался, как пешками, в своей извращенной игре.

И все-таки я сомневаюсь, что смогла бы убить Мэйвена собственноручно, просто чтобы избавиться от его тошнотворного присутствия. Не думаю, что и Кэл сможет.

Но он это сделает – он должен. Другого выхода нет.

Путь до Причальной Гавани кажется короче, чем раньше. Мы садимся в Аквариумном порту – самолеты приземляются на рыночной площади у самой воды. Союзные солдаты окружают площадь, и у меня все переворачивается в животе. Столько глаз.

В кои-то веки это не я выставлена на обозрение. Хотя он много раз поступал так со мной, я не чувствую никакого удовлетворения, наблюдая за тем, как Мэйвена выталкивают из самолета. Он спотыкается, отяжелев от чар Джулиана, и больше прежнего походит на мальчика. Кто-то надевает на него наручники. Он молчит, всё еще не в состоянии говорить.

Фарли маячит у пленника за спиной, с гордой улыбкой, торжествующе воздев руку. Она хватает Мэйвена за шиворот.

– Восстаньте, Красные, как рассвет! – кричит она и пинает Мэйвена в голень, как сделала Айрис с Салином.

Он падает на колени – король, поверженный в прах.

– Победа!

Ошеломленное молчание на площади нарушается, когда толпа понимает, ЧТО это значит. Раздаются насмешливые крики, которые перерастают в настоящую бурю; возгласы, полные радости и злобы, отдаются таким громким эхом, что, наверное, слышит весь город.

Я чувствую рядом с собой тепло Кэла – он наблюдает за происходящим с совершенно бесстрастным лицом. Ему это не доставляет удовольствия.

– Ведите его во дворец, – велит он Анабель, когда та приближается. – И поскорее.

Она смотрит на внука с раздраженным вздохом.

– Люди должны видеть, Кэл. Пусть насладятся победой. Позволь им любить тебя за это.

Кэл вздрагивает.

– Это не любовь, – отвечает он, кивком указывая на толпу.

Красные и новокровки значительно превосходят числом Серебряных, но все как один смотрят на Мэйвена, рыча от ярости и потрясая кулаками. Площадь охвачена гневом.

– Это ненависть. Ведите его во дворец, подальше от толпы.

Правильное решение. И простое. Я киваю и слегка сжимаю его плечо. Утешаю как могу. Пока могу. Для нас тоже идет обратный отсчет.

Анабель упорствует.

– Мы можем провести его…

– Нет, – рычит Кэл. Он смотрит на бабушку, затем на меня, и под этим взглядом я словно каменею. – Я не стану повторять чужие ошибки.

– Ладно, – цедит та сквозь зубы.

На краю площади появляются транспорты – они ждут нас, чтобы отвезти во дворец.

Кэл устремляется к ближайшему, а я следую за ним, стараясь держаться на почтительном расстоянии.

– Будет нужно повсюду разослать сообщения, – продолжает на ходу Анабель. – Пусть жители Норты знают, что законный король вернулся. Собрать Высокие Дома, привести их к присяге. Наказать тех, кто не присягнет короне…

– Знаю, – отрывисто отвечает тот.