Читаем Шторм полностью

Из зала посыпались множество выкриков. Сражение за фрукт было почти таким же, как и за катану. Вообще Зоаны способные летать большая редкость. Можно чаще встретить древний зоан, чем какой-то летающий обычный. Но мы не принимали в торге никакого участия. Я бы взял фрукт чисто из интереса, если бы не хотел усилить команду или себя, но он как раз для стремительного увеличения сил не подходил, поэтому мы и отсиживались. В итоге фрукт был продан за пятьсот двадцать миллионов Крокодайлу, который явно придумает способ использования его на все сто процентов.

Следующий лот смог меня удивить, выставили мифический зоан пегаса. Я уже хотел поднять таблицу с нашим номером для повышение ставки, но меня успела остановить Мариша. Я вопросительно посмотрел на неё, мол, это же мифический зоан! На что она сказала, что никто из команды не хочет быть рогатым и крылатым существом. Да и вообще, как с этим фруктом возможно быстро стать очень сильным? Я подумал немного и признал, что о его способностях действительно мало известного, поэтому они в чем-то правы. Но не упрекнуть команду я не мог.

— Зануды, — сказал я своим товарищам и с надутым лицом, обнимая себя, отвернулся от них, — То не нравится, сё не нравится… Мифический зоан им не нравится… Тьфу! Разжирели.

Борьба за фрукт выдалась достаточно жаркой. Но никто из пиратов и дозорных не смог его купить. Он ушёл за полтора миллиарда белли королю, страны которой я так и не смог вспомнить. Когда его ставка выиграла, он сиял такой улыбкой на лице, что многим стало понятно, что он знает что-то об этом фрукте не известное другим. Кстати, плохая осведомлённость о способностях и стала главной причиной в победе короля. Так пираты могли бы ещё немного поторговаться.

— Следующий лот! Парамеция! Дьявольский фрукт, позволяющий контролировать тьму! Ями Ями но Ми! Стартовая цена пятьсот миллионов белли!

На столе стоял последний лот этого вечера, фрукт Тича. В моих глазах тут же вспыхнул огонёк. Этот фрукт будет нашим. А то, что торговцы посчитали фрукт парамецией, а не логий тьмы, мне только поможет (хотя и в части книг о дьявольских фруктах она считает парамецией).

— Два миллиарда пятьсот миллионов белли! — выкрикнул я, поднимая свой номерок.

Зал погрузился в тишину. Все пытались переварить цифры, которые я только что назвал. Даже моя команда. Наконец ведущий аукциона начал обратный отсчёт.

— … два миллиарда пятьсот миллионов белли раз! Два миллиарда…

— Два миллиарда пятьсот пятьдесят миллионов белли! — назвал свою цену Донкихот.

Я же следом повысил его ставку сразу на сто миллионов. Дал всем понять, что за фрукт я буду сражаться до последнего белли. Больше никто поднимать ставку из присутствующих не стал. Дозорные и пираты Белоуса с самого начала являлись не самыми богатыми людьми в этом зале. У Большой Мамочки и Кайдо тут только представители, которым в руки серьёзную сумму и не дашь. Могут её просрать на хлам или их ограблю уже я. Нья-ха-ха-ха! Крокодайл и Донкихот успели уже серьёзно потратится. С полными золота карманами оставались только мы, поэтому через несколько секунд Ями Ями официально принадлежал нам.

— Эй, Ромео, разве он стоил почти всех денег нашей команды? — спросил у меня Никос, пока ведущий прощался и звал на следующие аукционы.

— Конечно, он идеально подходит для наших целей. Завалить того же Кайдо с ним гораздо легче. Мариша, его после оплаты съешь сразу же ты.

— Как скажешь, капитан.

Мариша действительно съела фрукт после оплаты и стала человеком-тьмой. Затем у меня спросили, какая же от него польза, что мы снова стали очень бедными. На что я просто попросил Маришу покрыть свою руку тьмой и коснуться меня. А потом я порезал свою руку кинжалом.

— Если вы не заметили во время битвы при Маринфорде, то я сам вам расскажу, — ответил я, под удивлённые взгляды команды, — Этот фрукт может отменять способности других дьявольских плодов. Мариша может покрыть просто всю землю вокруг себя тьмой и никакие фруктовики ей будут больше не страшны. Она их просто покромсает своим мечом. И это ещё не все способности фрукта. Он бы стоил гораздо дороже, если бы люди знали всё о нем или Тич показал ещё что-то, кроме коврика тьмы, действие которого понял только Белоус. Нья-ха-ха-ха! Правда крутой фрукт?!

Мне ответили согласием, мол, действительно может пригодится в будущем. А затем спросили, куда мы поплывем теперь. Я ответил лишь пальцем, поднятым вверх. Хану от этого сразу же стало плохо.

— Капитан, вы же имеете ввиду какой-то небесный остров? — спросил он взволнованно, — Может мы ещё поплаваем по воде, а?

— Нет, Хан, на небесах тебя дожидается твой фрукт, — похлопал я его по плечу, пока мы шли в сторону Арго, — Понимаешь, он будет идеально сочетаться с твоим стилем рыбокарате. И заранее прошу у тебя прощения, так как тебе первому надо будет попробовать вкус человеческого сердца… Надеюсь, ты не привыкнешь и не сожрешь нас как-то ночью…

— Что ты там прошептал в конце, капитан? — спросил у меня рыболюд, привлекая внимание всей остальной команды.

— Когда? Тебе послышалось, мой друг, послышалось.