Читаем Штаб-лекарь И. В. Протасов полностью

В Красноуфимском уезде, кроме русских, жило много башкир, татар, мещеряков, вотяков, удмуртов, черемисов, марийцев — всего около 12 тысяч человек. Объезжая их селения, Протасов заметил, что среди «иноверцев» много слепых и очень многие страдают заболеваниями глаз. Ориентировочно Протасов подсчитал, что в среднем болеет каждый девятый. Почему нет такого распространения заболеваний глаз у русских, хотя они живут примерно в таких же условиях? В чем разгадка?

Протасов детально изучает условия жизни этих народностей. Он посещает их жилища, изучает привычки, обычаи. В конце концов он приходит к выводу — причина повышенной заболеваемости глаз кроется в особенностях быта.

В своей работе «Наблюдение о чувалах и вежах», также направленной в Медицинскую коллегию, Протасов подробно рассматривает условия жизни башкир и татар, а также отопление и освещение их жилищ.

Для отопления и освещения юрт зимой башкиры использовали чувалы — примитивные печи типа камина, которые топились беспрерывно. Протасов считал, что яркий огонь чувала, сильная жара раздражали глаза сидящим возле него обитателям юрты. Летом около юрты башкиры устраивали небольшой сарай — вежу. В этом сарае жгли костер и готовили на нем пищу, а в холодные дни и ночи обогревались. Ни трубы, ни отверстия для дыма не было. Дым распространялся по всему сараю и сильно раздражал глаза. А ведь все обитатели юрт и особенно старики, согласно обычаям предков, большую часть жизни проводили у огня.

Протасов резко выступает против чувалов и вежей. Он говорит о том, что башкир и татар надо научить делать русские печи. Вместо кирпича при кладке печей с успехом можно использовать камни и плиты, которых в уезде очень много. Надо научить этих людей «через жжение из камней получать известь и класть очаги и трубы, то они, не нанимая мастеров, без всякой издержки, из своих произведений будут делать оные, а через сие, лишившись чувалов и дымных вежей, избегнуть глазных болезней».

Говоря о высокой заболеваемости среди «инородцев» в Красноуфимском уезде, Протасов думал не только о своем уезде. Он писал: «Великим состраданием к человечеству подвергнутся чувствительные сердца, когда равное обратят внимание на всех тех иноверцев, которые в немалом количестве живут по разным местам пространной Российской империи, употребляя чувалы и вежи»[2].

Медицинская коллегия поблагодарила Протасова за исследование «Наблюдение о чувалах и вежах» и попросила Пермское губернское правление выяснить, почему среди «инородцев» наблюдается высокая заболеваемость глаз. Пермское губернское правление не придумало ничего лучшего, как обратиться в Красноуфимский нижний земский суд. Туда направили копию работы Протасова и указ «велеть на месте дойти справедливейшим образом сколько из иноверческих народов есть слепых и от чего точно оную (болезнь) получили». Такой же указ был направлен в Екатеринбургский, Шадринский и Осинский уезды.

Чиновники на местах задумались, как дойти до истины «справедливейшим образом»? Решили, что лучше всего спросить самих башкир, отчего у них болят глаза и виноваты ли в этом чувалы и вежи. Когда «научное исследование» было закончено, заседатели Красноуфимского суда ответили губернскому правлению, что ими среди инородцев обнаружено 206 человек с заболеванием глаз и что «причина таковой их болезни не от инаго чего происходит, как единственно от власти божеской, а не меньше и по природе». Подобные же ответы были получены и из других уездов.

Благородное начинание уездного врача таким «справедливейшим образом» было загублено. В губернском правлении малограмотным уездным чиновникам верили больше, чем врачу.

В работе «Наблюдение о чувалах и вежах», вероятнее всего, речь шла о трахоме, которая и сейчас еще у нас не полностью ликвидирована. Трахома, как известно, заразная болезнь, и, следовательно, не только в системе отопления было дело. Но Протасов, по-видимому, был прав в том, что систематическое раздражение глаз на протяжении многих поколений могло способствовать повышению восприимчивости к трахоме среди этих народностей.

Много неприятностей уездным врачам доставляли освидетельствования рекрутов. До 1793 года молодые люди в армию призывались пожизненно, а затем на 25 лет. Рекрут уходил в армию молодым человеком, а возвращался домой стариком. Поэтому, естественно, народ придумывал самые разнообразные средства, которые бы послужили препятствием для призыва в армию. Нередко молодые люди даже калечили себя — только бы не идти в армию.

Богатые крестьяне из положения выходили очень легко — они нанимали вместо себя бедняков. Последние в таких случаях непременно должны были попасть в армию и всячески скрывали свои недуги. Врач, не имевший опыта в обследовании рекрутов, легко допускал ошибки, за которые потом приходилось расплачиваться. В Пермскую губернскую управу поступало много жалоб на то, что уездные врачи отправляли в армию больных рекрутов.