— Меня не интересует то, что могло уйти на сторону, не записанное как улики. Но точная сумма наличных в их карманах покажет, заплатили ли им за убийство. Эта сумма, которая останется между нами, станет важным моментом в моем расследовании.

Камденский полицейский снова сделал вид, что просматривает записи.

— У одного было восемь долларов и две мелкие монеты. У другого семь долларов и монеты в десять и пять центов.

Мрачный взгляд Исаака Белла упал на нож-бабочку, который он держал в руке. Быстрым движением запястья он заставил нож раскрыться. Лезвие блестело, как ледяное. Белл притворился, что разглядывает его, словно думает, как использовать. Детектив Джордж, хотя и был на своей территории, нервно облизал губы.

Белл сказал:

— Рабочий зарабатывает примерно пятьсот долларов в год. Годовая плата за убийство может показаться привлекательной человеку, который идет на такие дела за деньги. Поэтому мне было бы полезно знать, что те двое убийц, которые не сумели уйти, имели при себе такую сумму.

Детектив Джордж облегченно передохнул.

— Гарантирую вам: ни у одного такой суммы не было.

Белл посмотрел на него. Детектив Джордж был доволен собой: он не солгал. Наконец Белл спросил:

— Не возражаете, если я возьму один нож?

— Вам придется оставить расписку… и не тот, которым было совершено убийство. Этот нам понадобится на суде, если мы поймаем сукина сына. Что маловероятно, если он не вернется в Камден.

— Вернется, — поклялся Белл. — В цепях.

12

— «Кишки» Дэйв Келли — тот, которому вы прострелили голову, — и «Ведро Крови» Дик Батлер подчинялись парню по имени Ирв Уикс — Ледяному, который получил свое прозвище за глаза, холодные, как лед, и сердце и душу им под стать. Уикс намного умнее Келли и Батлера; судя по вашему рассказу, как он держался позади в ожидании своего шанса, я бы поставил на то, что ушел Уикс.

— С моей пулей в плече.

— Ледяной — крепкий парень. Если вы не убили его, он мог в грузовом вагоне вернуться в Нью-Йорк и заплатить повитухе, чтобы она вынула пулю.

После телефонного звонка Белла Гарри Уоррен, специалист «Агентства Ван Дорна» по нью-йоркским бандам, сошел с поезда и отправился прямо в камденский морг, где опознал в убитых членов банды «гоферов» из Адской кухни. В полицейском участке Уоррен встретился с Беллом. Детективы Ван Дорна совещались в камере предварительного заключения.

— Гарри, кто мог послать этих озорников, этих «парней из Бауэри» в Камден?[18]

— Томми Томпсон, «Командор», босс «гоферов».

— Он занимается наемными убийствами?

— Вы говорите — Томми делает. Но эти парни могли наняться и самостоятельно — пока платят Томми его долю. Камденские копы нашли у них крупные суммы? Или следует спросить, признались ли они, что нашли на телах крупные суммы?

— Клянутся, что не нашли, — ответил Белл. — Я дал ясно понять, что мы охотимся за более крупной рыбой, чем вороватые полицейские, и их ответы более или менее убедили меня, что денег было мало. Возможно, им должны были заплатить впоследствии. А может, их босс все оставил себе.

— И то и другое, — сказал Гарри Уоррен. Он напряженно думал. — Но это странно, Исаак. Парни из банд обычно держатся поближе к дому. Я сказал, что за деньги Томми сделает что угодно, но парни из его банды стараются не заходить в соседние районы. Половина их не найдет Бруклин, тем более не сможет пересечь границу штата.

— Узнай, почему они это сделали в этот раз.

— Постараюсь. Как только узнаю, где оклемывается Уикс, надену на него наручники и расспрошу.

— Лучше отправь его ко мне.

— Хорошо, Исаак. Но на многое не рассчитывай. В таких делах никто не ведет бухгалтерию. Насколько мы знаем, тут могли быть личные причины. Может, Макдональд слишком многим ребятам набил морду.

— Ты когда-нибудь слышал, чтобы нью-йоркский гангстер пользовался «мессер»-бабочкой?

— Ты имеешь в виду филиппинский раскрывающийся нож? Да, был один наркоман, который пошел в армию, чтобы уйти от копов; кончил он тем, что воевал среди филиппинских мятежников. Он привез такой нож и убил им игрока, которому много задолжал. Так говорят, но я думаю, что скорее речь шла о кокаине. Знаешь, наркотик делает их безумными.

— Иными словами, «мессер»-бабочка не обычное оружие для Нью-Йорка.

— Тот наркоман был единственным; про других я никогда не слышал.

Белл помчался в Нью-Йорк.

Нанял шофера и механика, чтобы перегнали его локомобиль, а сам сел в поезд. Полицейский катер, предоставленный детективом Джорджем — тот рад был помочь Беллу покинуть Камден, — перевез его через реку Делавэр в Филадельфию, где Белл сел в экспресс Пенсильванской железной дороги. Когда он прибыл в отел «Никербокер», дневное солнце еще горело на зеленой меди крыш, но ниже, на улице, французский ренессансный фасад из красного кирпича уже потемнел.

Белл позвонил Джозефу Ван Дорну в Вашингтон.

— Отличная работа с Фраями, — похвалил Ван Дорн. — Я только что обедал с министром юстиции; тот очень доволен.

— Благодаря Джону Скалли; я лишь держал его пальто.

— Сколько еще будете заниматься самоубийством Ленгнера?

— Дело гораздо шире, — ответил Белл и рассказал о том, что произошло.