Читаем Шпалы полностью

Что я вместе с ковбоями де, сражаюсь за справедливое государство, на которое не будет. Это. Покушаться всякая инопланетная зараза… ты так мудрено еще загнул про то, что кони – тот же транспорт. И я на своей фуре получается тоже вроде как ковбой…

Я кивнул.

Все будет. Именно так и напишу.

И поспешил скрыться из Макдональдса, пока дальнобойщик не начал задавать дальнейшие вопросы. Мне становилось ясно, что люди в лесу не только пили, но и курили вместе со мной.

Глава 17

Таис сидела за столом, обхватив голову руками. Лицо ее было предельно печальным, вокруг валялись разбросанные куски ватмана, на одном из которых синей краской было начертано: «Я ничего не могу». Я взял другой и начертал ответ зеленой: «Ты можешь все». Таис заметила меня, слегка привстала, и желтой краской написала у меня на руке: «пьяница». А потом я услышал. Что все это время должен был быть с ней рядом. Что все это время она билась над проектом, который оказался бесполезен, и что теперь она не знает, как ей быть, но чувствует, что жизнь ее течет не тем путем, каким должна течь. И виноват в этом я, потому что меня неделю не было рядом, когда ей так была нужна моя помощь и поддержка. Но единственным человеком, которому она могла позвонить была мама, а маме она не звонила, потому что из-за мамы она теперь здесь в моем жутком бараке, вызывающем у нее отвращение тем, что в нем, в нем нет… на этом месте она упала и разрыдалась. Я зафиксировал взглядом теплое солнечное утро, как колышутся занавески, и как лежит на столе чашка с пролитым соком, а в мойке гора посуды. На полу валялись кисточки. Я нагнулся, чтобы подобрать одну из них.

Таис вскочила и судорожно закричала: «Я уеду домой на выходные. И буду там. И мне станет лучше». Обнял ее и не отпускал, хотя она вырывалась и истошно билась. В детстве у меня был маленький белый мыш по имени Тимошка. Я прятал клетку с ним под кроватью. Когда мама нашла Тимошку, она заставила меня сдать его в зооуголок. Стоило мне взять Тимошку в кулак, он бился и визжал также, как билась теперь Таис. Я не мог вникнуть совершенно ни во что из того, о чем она говорила. И самое печальное, не хотел вникать. Мозг был просветлен хмелем.

Оставьте меня, – сказала она.

Ни за что, – ответил я.

Вы меня бросили, – упрекнула Таис.

Я предупредил, – заметил я, – И мне не хотелось тебя пугать своим видом.

Вы напугали меня, когда я пришла домой и увидела голубя с прикрепленной к лапе запиской: «Теперь он будет жить здесь вместо меня».

Я немного ненормальный, – пришлось согласиться мне, – Мне вырубает память, когда я много пью. Я творю безумства и не помню, что со мной происходит.

Кошмарно, – зарыдала снова Таис.

Я привык, – только и оставалось мне ответить, – Пойми, не умею иначе.

Глава 18

Таис не разговаривала со мной в течение недели, и уже к четвергу я в ужасе обнаружил, что не могу нарисовать ничего. Сайт строгал механически, не задумываясь, мысленно жалея заказчика. Когда добирался до холстов, лил, не скупясь, на них в ярости водопады проклятого виски, добавляя в него взрывы фиолетового и зеленого. Получались настолько кислотные абстракции, что смотреть на них, не передернувшись, было невозможно. Далее я складывал эти листы в аккуратную стопочку и сжигал во дворе. Во время одного из таких сжиганий пришло в голову, что мне не хватает камина. Огромного и черного камина. В тот же день думал заказать, но оказалось, для них нужна вытяжка, иначе получилась бы баня по-черному.

Я пытался думать о вещах, чтобы не думать о Таис. Изгиб дерева на лужайке. Зеленые комья травы. Острая вывеска: «Купи одну пару ботинок – получи вторую в подарок». Человек в костюме гамбургера. Девушка в костюме тигренка. Перила железнодорожной станции. Уходящие в перспективу рельсы. Жестяное покрытие поезда. Мазут.

«Не хватает всегда чего-то», – углубился в рассуждения. Вай-фай ловил даже в лесу, где я сидел на дереве после лежания под поездом и отбивал клавишами письмо заказчику с просьбой продлить дедлайн. В этот раз лежание под поездом далось легко и просто, как само собой разумеющееся. Я даже не красил лицо черной краской, не пил и имел при себе ноутбук. Более того, я не собирался в тот день оказываться под поездом. Оно вышло случайно. Не было продуманным. И это начинало пугать настолько, что требовалось хорошенько многое осмыслить, удалившись в лес, – «Итак, даже будь у меня Таис, что невозможно, мне не хватало бы времени с ней, или глубины разговоров, или ответных реакций, или совместных походов».