Аккуратненько, но настойчиво, стал шлёпать по клинку противника, демонстрируя потенциальную агрессию, готовящуюся очередную атаку. Сработало - клиент не стал дожидаться, и сделал два выпада подряд. Вернее собирался сделать два: на первом же влетел в конкретную 'четвёрку', а на продолжении, я уже не успевал задеть его клинком, но со всей славянской непосредственностью врезал по морде гардой. Получилось прямо по ране. Кувыркнулся, разумеется, пациент, да так удачно, что я не отказал себе в удовольствии отвесить этому надутому петуху полновесный рабочее-крестьянский поджопник. Убийца Гаврилыча пропахал по дорожной пыли ещё с полметра, выронил шпагу, перевернулся на спину и заблеял:

   - Можете убить меня, но издеваться над военнопленным не смеете даже вы!

   Ах ты, сука!

   - Я над тобой, гнида, не только издеваться могу, я тебя могу ломтями настругать и в ближайший нужник ошмётки вывалить. Это и будет твоя могила...

   Выпалил это я уже по- русски, но основную суть, благодаря присутствующим эмоциям, гадёныш, кажется, понял. Тем более, что я не поленился сляпать примитивный перевод своих слов на язык Вольтера.

   Вера француза в скифскую дикость, выражение моего лица, стекающая по лицу кровь, да и все последние впечатления и ощущения, не давали повода усомниться в реальности обрисованной перспективки. На физиономии офицера нарисовался нескрываемый ужас.

   - Вяжи его, - кивнул я ближайшему казаку.

   Тот споро принялся выполнять приказ.

  - Вадим Фёдорович, - лицо Самойлова выражало нешуточное удивление, - вы серьёзно решили этого гада...

  - Лукич, мне что, сапоги снять и показать, что нет у меня раздвоенных копыт? Разумеется, никто его резать не будет. Отвезём в штаб, небось, знает этот галльский петушок немало. Почта какая-нибудь при нём была?

   Вернее... Извини, Лукич, ты отвезёшь.

   Сам понимать должен - до командующего далеко, а этот... Ведь наверняка что-то важное вёз. Причём на запад. И в Полоцке должны об этом узнать первыми...

   Так что с почтой?

  - А я знаю? Одновременно с вами сюда вышел... Кузьмичёв! В карете смотрели?

  - Так точно! - подскочивший казак протянул связку пакетов. - Ещё ларец. Не открывали пока.

  - И не будем, пусть в штабе со всем этим разбираются, - я решил не терять зря времени. - Карету в лес, лошадей, что можно поймать - поймать и быстро расходимся.

   Не сердишься, хорунжий?

  - Да понимаю. Обидно, конечно, но сделаю. Доставим этого павлина в лучшем виде - отъехали от Полоцка недалеко.

   На том и простились.

  ...

  И вот нашли большое поле...

  - Здравия желаю вашему высокопревосходительству!

  - Рад вас видеть, Вадим Фёдорович, - дружелюбно улыбнулся военный министр. - Заждались уже. Думал, что не успеете. Присаживайтесь.

   Надо сказать, что едва услышав мою фамилию, всевозможные адъютанты и им подобные, немедленно обеспечивали 'зелёный свет' моему следованию в кабинет Барклая - здорово я ему, видать, занадобился.

  - Генералы Остерман и Дохтуров весьма лестно отзывались о ваших минных заграждениях на местах данных ими сражений.

   Ого! Дохтуров и 'лестно'?..Хотя... Ведь именно он меня к майорскому чину представил. Значит, понял, что моей вины в срыве той гадской ракеты нет.

  - Ожидается генеральное сражение, - продолжал Михаил Богданович. - Здесь. Вы показали себя мастером минной войны в поле, поэтому я посчитал необходимым срочно вызвать вас сюда. Времени практически нет. Сутки. Максимум - двое суток. Поручики Храповицкий и Соков уже действуют со своими людьми, но я очень надеюсь именно на вас.

  - Гальванические батареи...

  - Уже следуют сюда. Прибудут в течение нескольких часов. Всё остальное, что упоминалось в письме, которое привёз ваш казак, тоже доставлено.

   Дальше мы колдовали над картой (примитивненькой, надо сказать) поля будущего сражения.

  - Каким временем я располагаю, ваше высо...

  - Без чинов. По сведеньям разведки, основные силы императора в дневном переходе от наших передовых позиций. Позиции слабые, силы их защищающие незначительны. Задача арьергарда именно в том, чтобы дать нам возможность возвести укрепления. Ну и вам поработать на поле перед ними.

  - Сколько людей будет в моём распоряжении?

  - Рота Гвардейского экипажа и два взвода Первого пионерного полка, один минёрный, один сапёрный.

   Больше, чем я ожидал. Уже неплохо.

  - Мне нужно осмотреть позиции и подумать...

  - Подумать имелось время в дороге - знали ведь, с какой целью вас вызвали, - в голосе Барклая почувствовалось нескрываемое раздражение. Понятно, что через несколько секунд он поймёт несостоятельность своего 'наезда', но нужно учитывать и нервозное состояние генерала.

  - Я думал. И именно поэтому отправил вперед казака с письмом. Но ведь для того, чтобы понять, где и сколько мин и всего прочего устанавливать, нужно осмотреть само поле предполагаемого сражения. Я не прав?

   Извиняться министр не стал, только хмуро кивнул в ответ.

  - И ещё: если есть такая возможность, мне бы хотелось предварительно переговорить с полковником Засядько. Насколько помню, он служит в корпусе генерала Дохтурова.