Коррупция в средневековой церкви была широко распространена и, судя по всему, существовала повсеместно. Но епископ, о котором идет речь ниже, отличался, по-видимому, особым двуличием даже по меркам своих дней. Яркая и изобилующая подробностями «Хроника Ланнеркоста» была составлена в приорстве Ланнеркост, на границе с Англией, по устным рассказам и записям, и охватывает весь период шотландских войн за независимость.

И в год избрания папы Григория X возник, как передавали, спор в папской курии из-за назначения Уильяма Уишарта в аббатство Сент-Эндрюс, и возражений было столько, что сам глава церкви, изучив сии возражения, постановил письменно и подтвердил печатью святого Петра, что выдвини против него самого хотя бы толику этих обвинений, ему никогда не стать бы папой. В конце концов вмешательством и милостью короля Эдуарда названный Уишарт был назначен на должность по согласию папы. Ради примера я поспешу упомянуть здесь о том, что сталось позднее. По всему миру распространилось это зло, когда люди, стремясь сделать лучше других, забывают о собственном поведении и, осуждая малые проступки простого народа, сами совершают крупные злодеяния.

Был некий викарий, человек зловредный и погрязший в распутстве, коий, хотя его неоднократно корили за содержание наложниц, не желал порывать с пагубной привычкой. Но когда к нему прибыл епископ, объезжавший епархию, викария было велено отлучить от должности и предать суду прелата. Ошеломленный случившимся, он вернулся домой и, завидев свою наложницу, излил на нее свои горести, приписывая все невзгоды этой женщине. Потом она узнала причину его расстройства и твердо уверилась, что ее непременно изгонят. «Не терзай себя, — ободрила она викария, — я сама справлюсь с епископом».

Поутру, когда епископ спешил в церковь викария, она вышла ему навстречу с пудингом, цыпленком и яйцами, а когда он подошел ближе, приветствовала его как подобает, склонив голову. Когда же прелат спросил, откуда она и куда направляется, она ответила «Милорд, я наложница викария и тороплюсь к возлюбленной епископа, которая вчера поздно легла, и я желаю ей столько же радости, сколько себе». Услышав это, епископ поспешил далее и, найдя викария, велел тому готовиться к празднику; когда же викарий напомнил, что временно отлучен, епископ вытянул руку и даровал ему прощение грехов. Когда же причастие совершилось, епископ укатил прочь, не проронив более ни слова.

Смерть Александра III, 19 марта 1286 года

Хроника Ланнеркоста

Полный суеверий рассказ о смерти короля Александра (1241–1286) показывает нам человека, волю которого не могли изменить соображения здравого смысла и который навлек на себя гибель — просто потому, что, после вечерних возлияний, не нашел в себе сил отказаться от свидания с возлюбленной.

Когда сели за стол, он (король. — Ред.) послал в дар некоему барону свежих миног и просил передать, что без него веселье невесело, ведь сегодня день Страшного Суда. На это барон, поблагодарив за миног, ответил подобающе: «Если сегодня и вправду день Страшного Суда, тогда мы вознесемся на небеса с набитыми животами».

Наконец затянувшийся пир завершился, и король, не уделяя внимания погоде и не желая слушать советов придворных, поспешил к переправе в Куинзферри, чтобы навестить свою возлюбленную Йолету, дочь графа де Дрю, которую не так давно привез из-за моря, к собственной гибели и великой скорби всего народа. Она проживала тогда в Кингхорне. Многие поговаривали, что, прежде чем она обручилась с королем, эта девица хотела уйти в монастырь, но изменила свое решение по прихоти женского сердца — во зло всему королевству.