Михаил Юрьевич направился к кофемашине.

– Стандартная ситуация. Девушка, которая считает себя неземной красавицей, нанимается секретарем к мужчине средних лет. Она полагает, что перед ее прелестями не устоит ни один представитель сильного пола, и начинает усиленно демонстрировать их боссу. Расчет прост: затащить обеспеченного папика в койку. Программа-максимум женить его на себе. Наличие у шефа супруги помехой не считается. Программа-минимум: получить квартиру, машину, полететь отдыхать на острова. Некоторые рожают ребенка, но это опасно, вдруг алименты получить не удастся. Сиракузов оказался крепким орешком, то ли девица совершенно не в его вкусе, то ли он любит супругу. Владимир, импотент проклятый, слишком сексуальную неземную красу уволил. И чтобы более не быть объектом сафари, посадил у двери кабинета женщину, которая давно справила пятидесятилетие.

– Мы хотели найти того, кто имеет зуб на Сиракузова? – обрадовался Илья. – Вот она! Уволенная секретарша.

Вера взяла из вазочки конфету.

– Здорово Владимир ее задел, если по сию пору она успокоиться не может. Михаил Юрьевич, сделайте мне тоже кофейку. Тань, хочешь шоколадку? Я купила нам в офис сладенького.

– Нет, – отказалась я.

– Никак опять худеть решила? – спросила Трофимова.

Я проигнорировала неделикатное замечание.

– Дима, адрес Марины есть?

– Обижаешь, начальник, – процитировал бородатый анекдот Коробков, – уже у тебя в телефоне.

– Советую прикинуться корреспондентом популярного глянцевого журнала, – стал наставлять меня Ершов, – скажи, что хочешь написать об одной из самых красивых девушек Москвы, и узнаешь все, что надо и не надо.

– Дима, сделай мне удостоверение члена редколлегии «Звезда мегахит», – попросила я, – завтра отправлюсь к Марине.

Глава 14

В восемь утра курьер доставил нам две картонные коробки. На большой была надпись – «Для Ивана», на маленькой – «Для Татьяны».

– Почему у тебя крохотная коробка, а у Вани вон какая здоровенная? – удивилась Рина.

Я пожала плечами:

– Не знаю. Так Воинов решил. Он сказал, что блюда привезут уже готовыми.

– О-о-о! Моя еда, – обрадовался муж, появляясь в столовой, – ну-ка, полюбопытствуем.

Он взял ножницы, мигом вскрыл обе упаковки и стал вынимать из своей контейнеры, комментируя увиденное:

– Завтрак! Творог с фруктами. Сэндвич с брынзой и помидорами, отварное яйцо, порция масла. Ба, да оно французское! Пустячок, а приятно. Не хочу ругать российские продукты, но парижское маслице вкуснее нашего. Ватрушка! М-м-м! Чудесно пахнет. Три куска зернового хлеба, морковный кекс. Прекрасно! А это что?

– Обед, – подсказала Рина. – Видишь, написано на контейнере: «Съесть с тринадцати до четырнадцати. Просьба: четко соблюдать время приема пищи. Не вскрывать бокс заранее. Состав указан сбоку».

– Вижу, – обрадовался Иван. – «Салат из куриной грудки и овощей с йогуртовой заправкой. Борщ с пампушками. Котлета по-киевски с картофелем и грибной подливкой. Компот из свежих фруктов». Вполне себе ничего!

Рина показала на маленькие коробочки.

– Еще четыре перекуса, печенье, банан, мусс из чернослива, панакота с клубникой. Потом полдник, ужин.

– Однако странно, – протянула я, хватая свой телефон, – все вроде обычное. Алло, добрый день, Александр Филиппович? Таня вас беспокоит, мы получили коробки. Да, спасибо. Вопрос. Вы говорили, что нам надо питаться… не помню названий продуктов, в наших супермаркетах их нет. А у мужа все обычное: салат, например. А-а-а! Ясно.

– Что он сказал? – полюбопытствовал Иван.

Я села на стул.

– Воинов пояснил: чтобы люди не путались, а блюдо «Осама букон из кабукос» вызовет непонимание, они называют еду привычным для россиянина образом. Борщ – это понятно. А «Патася ла флере», уж извини, если плохо запомнила, нет. Ингредиенты в нем все, какие нужны именно для нас.

– Полдник! – возвестил муж. – Блинчики со сметаной и ягодами. На ужин «Рагу из кролика с рисом». Перед сном взбитый кефир с хрустящими хлебцами. Мне такая диета нравится. А у тебя что?

Я вынула из упаковки литровую бутылку с делениями и прочитала сопроводительную записку. «Отвар оздоровляюще-омолаживающе-обезжирительный. Каждый час отпивать по делению». Все.

– Все? – не поверила Рина. – У Вани полный дастархан, а у тебя фигня зеленая?

– Воинов сказал, что у Танюши сплошь синий жир, – деловито объяснил муж, открывая один контейнер, – наверное, он растворяется зеленой фигней. М-м-м! Вкусно как! М-м-м!

– У вас еще вода есть, – сообщила Ирина Леонидовна, заглядывая в коробки, – у Вани три литра, у Танюши емкость на стакан. И что написано? «Запрещено употреблять любые напитки, о которых не упомянул врач. Пейте только нашу живую воду. Способ приготовления… О! Водичку надо самим делать. Да тут полно всяких бутылочек! Ваня! Иди сюда.

– Прости, – ответил муж, – я занят, завтракаю.

– Сами разберемся, – возбудилась Рина. – Похоже, это совсем просто. Нужно четыре стакана. Очень интересно! Никогда не делала ничего подобного. Компоты, кисели, чай, кофе – это пожалуйста, но я люблю узнавать что-то новенькое. Тань, набирай в кастрюлю воду из фильтра.

Я поспешила выполнить приказ.