Читаем Шоколад (СИ) полностью

Я никогда не был святым. Так получилось, что женщин в моей жизни было много. Они появлялись, но в силу моей работы ни одна не задержалась. Сначала у меня были длительные командировки в горячих точках, потом колония у чёрта на куличках. Будучи холостым и без детей, меня уговорили возглавить непростое с точки зрения психического и физического здоровья место.

Как начальник аномальной зоны я не испытывал недостатка во внимании со стороны слабого пола, женщины сами приходили ко мне. Я был добросовестным любовником, никого не принуждал, не унижал, но особо ни для кого не старался. На секс смотрел утилитарно, как на взаимовыгодный обмен и физиологическую потребность.

На самом деле я вёл жизнь зомби, каждый день которого был похож на предыдущий. Одно женское лицо менялось на другое, на третье и так без остановки. Не было необходимости запоминать имена и тела.

Однажды всё изменилось. Появилась Майя и поставила меня на колени без единого выстрела. Увидев мой интерес, открыто выказав жгучую ненависть и презрение, она просочилась под кожу, заняла все мысли, стала центром моей Вселенной. Доведя ситуацию до крайности, усугубив собственные ошибки, я очнулся рядом с умирающей Пчёлкой на краю пропасти.

Она узнала всё, о чём я думал и что совершил, но простила и приняла меня. Не в знак благодарности за своё воскрешение, а потому что стала сильнее на целую жизнь, поверила в себя и перестала видеть во мне угрозу.

Она даже не предполагает, что мысленно я всегда перед ней на коленях.

Майя даёт мне силу, наполняет сердце радостью, рядом с ней я дышу полной грудью, ради неё я готов свернуть горы и положить мир к её ногам. Я не говорю ей об этом, просто делаю всё, чтобы она чувствовала себя счастливой.

Когда-то я подарил ей всего лишь мужскую ласку. Моя хрупкая, но невыразимо стойкая и мужественная женщина откликнулась с таким восторгом и трепетом, словно это случилось впервые. Спустя годы, я понял, что не ошибся. Майя, действительно, не знала ничего из того, что бывает между адекватным мужчиной и женщиной, секс с бывшим мужем всегда был для неё лишь болезненной обязанностью. Этот урод мучил мою бедную девочку.

Пчёлка любит ласки и нежность, мой чуть более жесткий напор приводит к тому, что она внутренне сжимается, и я отступаю. Никаких требований к ней, никаких просьб в постели, только то, что она разрешит или захочет. Она до сих пор слишком зажата. От неё я могу получить только поцелуй в подбородок. Так она выражает свою благодарность. Но этого достаточно, потому что мне позволено целовать и нежить её тело всеми возможными способами.

Страх испугать или навредить всегда держит меня в тонусе, я действую ласково и осторожно. Майя двигается навстречу мне маленькими шажками, словно в глубине души до сих пор не верит, что не обижу. Ни с кем в постели я не выкладывался, как с ней. При этом не жестил ни разу, подводил аккуратно к новым ощущениям, мягко и нежно расширял её границы дозволенного. Никаких поз доминирования, никакой грубости или напористости. Мои медовые глазки очень скромные. Меня всё устраивает, и я не тороплюсь.

По выслуге лет я уволился из органов и перешёл в строительную фирму к своему давнему товарищу. Для Майи купил небольшое офисное помещение, она стала хозяйкой салона красоты и теперь понемногу расширяет свой бизнес. Данил через год моего появления в их семье назвал меня папой. Он добрый, коммуникабельный ребёнок, и я ценю его отношение ко мне и стараюсь соответствовать.

Не так давно, я почувствовал, что Майя грустит. Это не было переживанием момента, её состояние длилось уже некоторое время. Тот, кто настроен как камертон на свою женщину, может понять, о чём она думает. Как-то вечером в саду под вишней около нашего коттеджа, мы пили холодный лимонад с листочками мяты. Майя прекрасно готовила этот освежающий напиток.

— Меня, как бывшего начальника колонии, просят съездить и проверить обстановку. В нашем ведомстве озвучили такую просьбу. Под моим руководством там всё законсервировали, человек со стороны ничего не знает и не поймёт. Не хочешь слетать на пару дней?

Майя на минуту растерялась, прижала ладонь к груди.

— Там давно никого нет. Зачем это?

Я не сказал, что можно увидеть снимки колонии со спутника.

— Для отчётности. Предприятие стоит на балансе ведомства, поэтому просят подтвердить. Данил в лагере, можно спокойно уехать на пару дней.

— Лететь придётся через N?

— Конечно. А потом на вертушке, как всегда.

— Посетим кладбище?

— Обязательно.