Читаем Шнифер полностью

Мелихов нахмурился. Отношения с возлюбленной рушились не просто с каждым днем, они сходили на нет практически с каждым часом. И процесс этот, похоже, становился необратимым. Где он допустил ошибку? Почему он теряет ту, которая дорога ему больше собственной жизни? Эти вопросы частенько не давали Геннадию Геннадьевичу покоя, и из-за них он по два-три часа ворочался в постели без сна.

— Мы можем поговорить? — сухо бросил он в спину девушке.

— О чем?

Она не обернулась. Выудив из шкафа брючный костюм цвета морской волны, она приложила его к груди и коротко бросила взгляд на свое отражение в большом встроенном зеркале. Капризно оттопырила нижнюю губу. Мелихову по-прежнему приходилось созерцать только ее затылок.

— Мне хотелось бы поговорить о нас, — настойчиво произнес он, чуть повышая голос. — Будь добра, удели мне хотя бы пару минут. Что с тобой происходит в последнее время, радость моя?

— Ничего не происходит, — на этот раз выбор Принцессы пал на короткое платье цвета бордо. Снова взгляд в зеркало, и снова неудовольствие. — Вернее, происходит, конечно, но мне не хотелось бы поднимать эту тему. Во всяком случае, сейчас.

— Почему? — Мелихов приблизился к ней.

— Ты меня не поймешь, Гена. Ты давно уже меня не понимаешь.

— Я постараюсь.

— У меня нет на это времени. Я же тебе сказала, что тороплюсь на встречу.

— Ты собиралась еще выпить кофе, — напомнил Мелихов.

— Верно.

Она, наконец, определилась с выбором одежды, закрыла шкаф и двинулась в направлении спальни. Мелихов пошел следом, но дверь успела захлопнуться перед самым его носом. Щелкнул замок. Ноздри Геннадия Геннадьевича свирепо раздулись.

— Ты даже не переодеваешься при мне?

Ответа из-за закрытой двери не последовало. Мелихов нервно расстегнул пуговицы пиджака и припал щекой к косяку. Лицо у него горело.

— Милая…

— Что?

— Объясни мне, что происходит, — ему стоило огромных трудов не выдать голосом внутреннего состояния. — Я тебя чем-то обидел? Ты злишься на меня? Почему? Ты же знаешь, тебе достаточно только сказать, и я все исправлю. Любой ценой…

— Вот! — с нескрываемым сарказмом откликнулась Принцесса. — В этом и заключается твоя ошибка, Геночка. Ты считаешь, что все имеет свою цену.

— А разве это не так?

— Так. Но не всякая цена заключается в денежном эквиваленте.

— А какие еще есть эквиваленты, черт возьми?

Принцесса вышла из спальни, и Мелихов невольно отпрянул назад. Она остановилась и пристально посмотрела на него. Изучала так, словно в первый раз видела.

— Я же говорила, что ты не поймешь, — теперь в ее голосе звучала неприкрытая грусть. — Хочешь, я подкину тебе информацию для размышления, дорогой? Когда ты переваришь ее, мы сможем вернуться к этому разговору… Который, кстати, затеял ты.

— Ну!

Мелихов вынул из кармана портсигар, неловко покрутил его в руках, а затем убрал на прежнее место.

— Вспомни, как мы с тобой познакомились, Гена. Вспомни, каким ты был тогда, и сравни этого человека с тем, какой ты сейчас. Мне много чего говорили о тебе нелицеприятного, но я не хотела в это верить. Скажу тебе откровенно, я и сейчас не хочу в это верить… Однако меня терзают смутные сомнения. Докажи мне обратное.

— Доказать? Как?

— Не знаю, — Принцесса пожала плечами. — Это уже не моя проблема.

Она направилась к выходу из комнаты, но остановилась на пороге, коснувшись пальчиками дверной ручки. Бросила взгляд через плечо.

— И еще, Гена. В последнее время я все больше и больше становлюсь похожа на куклу. Подозреваю, что тебе это нравится… Но мне нет.

Мелихов хотел было ответить, но, раскрыв рот, понял, что не в состоянии найти подходящих слов.

* * *

Призывный звонок в дверь застал Колпака с набитым ртом. Он замер и покосился на сидящего рядом Яниса. Начальник службы безопасности отложил в сторону палку краковской колбасы, от которой только что собирался отрезать большой ломоть, вытер руки салфеткой и молча кивнул. Колпак принялся быстро пережевывать пищу. Звонок повторился. Янис недовольно нахмурился. В его правой руке уже покоился верный «браунинг», и начальник СБ недвусмысленно качнул стволом. Колпак бодро поднялся на ноги, судорожно сглотнул и быстрым шагом направился в прихожую, на ходу вынимая из-за пояса пистолет.

Убрав оружие за спину, браток распахнул входную дверь. Стоящий на лестничной площадке Разгуляй пьяно улыбнулся, но, увидев перед собой вместо Роджера лицо совершенно незнакомого человека, удивленно приподнял брови.

— Здорово. А где Родж?

Колпак внимательно изучил гостя. Небритая физиономия, красные круги под глазами, запах спиртного, разносившийся едва ли не за километр.

— А ты кто такой? — недовольно поинтересовался Колпак.

На нижней губе братка застыла капля майонеза. Он прищелкнул языком, выуживая из зубов остатки пищи.

— Я-то — Разгуляй, — представился гость, — а вот ты кто?

Теперь уже пришел черед Колпака продемонстрировать своему визави широкую улыбку. Проигнорировав последний вопрос Разгуляя, он картинно отступил в сторону, пропуская визитера в квартиру. Сделал при этом еще и приглашающий жест рукой.