Кент устремился следом за другом в прихожую, но затем замер в дверном проеме. Интуиция подсказала ему, что сейчас не самое подходящее время для выяснения каких-либо отношений. В случае с Разгуляем для этого должен быть более подходящий момент. Какой именно, Кент пока не знал, но твердо решил, что не покинет Россию до тех пор, пока не сумеет решить данную проблему. Это было делом его чести…

Разгуляй молча обулся, накинул на плечи легкую куртку-ветровку, но покинуть квартиру не успел. Щелкнул замок, и в помещение шагнул Роджер. Под мышками у него покоились две поллитровые бутылки водки.

— Тебя только за смертью посылать, — Разгуляй улыбнулся и проворно выхватил за горлышко одну из бутылок. Встряхнул ее как следует, глядя на взметнувшиеся вверх пузырьки. — Путевая водка! Одну оставляю вам, алкаши, другую экспроприирую. Чтоб все по справедливости.

— Ты что, уходишь? — насторожился Роджер.

— Да… Дела, знаешь ли, Родж. Но я еще загляну на днях. Ты, главное, не скучай.

— Подожди, Разгуляй. Ты не можешь вот так просто уйти.

— Почему же не могу?

— Я не могу отдуваться за тебя перед людьми, — Роджер загородил ему дорогу. — Тебя тут многие искали… Хотят видеть, и я…

— Кто, например?

— Да мало ли, — Роджер не сразу нашелся с ответом. — Ну, Шкет был пару раз точно. Просил, чтобы ты связался с ним как можно быстрее. Потом еще какой-то тип раза три тебя спрашивал. Я его никогда не видел прежде… И это… Скелет был.

— Скелет? — впервые за последнее время в глазах Разгуляя появилась хоть какая-то заинтересованность. — Он уже вышел? В городе?

— Да, вышел. И ищет тебя.

— Зачем?

— Мне он не сказал, — Роджер недовольно поморщился. — Оставил номер телефона и просил позвонить, когда…

— Давай, — Разгуляй выставил вперед широко раскрытую ладонь.

— Что «давай»?

— Номер, который он оставил.

— Подожди секунду…

Роджер поставил единственную оставшуюся у него бутылку на тумбочку и почти бегом устремился в комнату. Разгуляй обернулся. Кент все так же стоял, привалившись плечом к дверному косяку.

— Что от тебя нужно Скелету? — спросил он.

Разгуляй пожал плечами.

— Пока не знаю. Позвоню и выясню…

— Давай встретимся завтра, Разгуляй, — предложил Кент. — Обещаю, никаких нотаций не будет. И разговоров, которые тебе неприятны.

Он врал. Но сейчас нужно было хотя бы зацепить Разгуляя. Не дать ему исчезнуть надолго.

— Завтра? — переспросил тот. — Если б я знал, куда судьба занесет меня завтра… Но может быть. Я подумаю, брат.

Роджер вернулся и протянул Разгуляю клочок бумажки с написанными на нем цифрами.

Глава 4

— Хорошо схоронился, Евген! Тебя на этой фатере ни хрена не найдешь! — Громила привалился спиной к перилам лоджии и обвел взглядом небольшую, но уютно обставленную гостиную Сандаева. — Нормально вы тут обустроились…

Евгений был явно не склонен обсуждать сейчас достоинства своей конспиративной квартиры. Он нервно постукивал пальцами по подоконнику. Присутствие Маргариты в комнате не позволяло собеседникам начать разговор.

— Марго, — Сандаев заглянул в гостиную, где сидела девушка. — Пойди пока сообрази нам поесть что-нибудь. Поговорить надо с человеком.

Маргарита нехотя продефилировала мимо балконной двери на кухню.

— Твоя? — Громила проводил девушку оценивающим взглядом.

— Да, — с наигранной небрежностью произнес в ответ Сандаев.

Громила опустился в ротанговое кресло.

— Хреновато что-то, Евген… Водочки бы тяпнуть! — Громила посмотрел вниз.

С высоты четырнадцатого этажа открывался панорамный вид на городской парк.

Сандаев встал и вышел с лоджии. Через несколько секунд он вернулся, держа в руках бутылку шведского «Абсолюта» и банку красной икры.

— Ты что-нибудь слышал? Что там происходит в казино? Меня ищут? — Сандаев машинально поставил бутылку и икру на подоконник.

— Откуда? Думаешь, я вылезаю после той стрелки у Платона куда-нибудь? — Громила посмотрел на Евгения. — Как-то не хочется в Сочи к ребятам пока.

Евгений сел напротив Громилы спиной к перилам.

— Где Разгуляй? — тихо произнес он.

— Не знаю, Евген. Он мне не докладывается, — Громила взял «Абсолют». — Ты же у меня уже спрашивал. А тебе он теперь по что?

— Как «по что»? Кто всю эту бодягу замутил? Не он? — Сандаев внимательно наблюдал за тем, как Громила, удерживая бутылку коленями, ловко откупоривает ее единственной здоровой рукой.

— Согласен, — Громила положил крышку от водки на пол. — Только, боюсь, он мало чем может помочь. Он уже сто лет как отошел от дел. Ему давно положить на тебя и на казино. И на все вообще.

— Ну уж нет! Так не пойдет! — рявкнул Сандаев, однако тут же осекся и перешел на шепот: — Разгуляй это все затеял, ему и распутывать!

Громила принялся разливать водку по рюмкам.

— Черт! Ты хоть понимаешь, в каком я дерьме? — Сандаев протянул руку за банкой с икрой. Ноздри его злобно раздувались. Он сорвал с баночки крышку и поставил ее на подоконник. — В жопе полной! Он все это затеял! Я из-за него без пяти минут труп. Мелихов с Янисом уже подошвы, наверное, стерли, разыскивая меня. Думаешь, мне Гена простит то, что мы его обчистили на четверть «лимона»? Ни хрена он не простит!