Вандер отпустил руку сопровождающей и застыл на месте. Вслед за ним застыли остальные. Мир замер, пока маленький мальчик изучал нас, недвижимый, пытаясь понять, была ли я его мамой или нет. Я опустилась на одно колено и раскрыла для него руки, сдерживая слезы. Единственным звуком, раздающимся в комнате, были его шаркающие шаги, когда он медленно шел ко мне. Я поднесла его маленькие руки к своим губам, изо всех сил стараясь не расплакаться. Он позволил мне обнять себя и даже обхватил меня за шею, когда я сжала его в объятиях.

— На сердце моей мамы написано мое имя и неровная линия с самого моего рождения. Это мое сердцебиение. Тебе не нужно этого делать, знаешь? — спросил он, едва громче шепота.

— Нет, малыш. Не нужно.

— Ты Гэбби, но на самом деле Иззи, потому что поменялась местами с моей мамой, потому что была храброй. Где моя мама?

Это стало последней каплей. Я не смогла сдержаться. Сжала его маленькое тельце, чувствуя что-то внеземное. Феномен, который я никогда не смогу облечь в слова. Я почувствовала неописуемо сильное притяжение. Ту же сильнейшую энергию, которую ощутила, когда впервые увидела Роуэн и Фи. Даже если я не помнила их, я любила их. Даже если я не встречала его, я любила его.

— Мы пытаемся найти твою маму, дружище, — сказал Пэкстон. Я даже не заметила, что он тоже опустился на колени, бок о бок со мной.

— Хочешь поехать к нам, пожить у нас немного? — спросил Пэкстон.

— Я хочу остаться с Джун и Риком. У меня завтра игра.

— Ты сможешь позвонить им позже, — сказала миссис Чадвик из-за стола, когда никто не ответил. Джун сдержала умоляющий стон, но это все. Я не знала, что сказать. Совершенно. — Гэбби и Пэкстон хотели бы отвести тебя пообедать.

Глаза Вандера слегка загорелись, немного затмив грусть.

— Лобстером?

Пэкстон дал ему пять с громким:

— Да! Любитель морепродуктов, мой парень.

Несмотря на общее напряжение, все мы улыбнулись, а Вандер засмеялся, и его смех был похож на что-то среднее между звуками, которые издают курицы и козлята. Точь-в-точь смех Офелии.

— Стойте, что это значит? Мы можем забрать его? Он может поехать с нами домой? — спросила я, когда до меня дошел смысл слов миссис Чадвик.

— Сегодня пятница. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы судья подписал документы об опеке сегодня, иначе придется ждать до понедельника. Сможете остаться на это время?

Пэкстон ответил, поднявшись на ноги.

— Ни за что. У нас дома две дочки.

— Я могу остаться. А ты поедешь домой, если придется подождать, — мягко предложила я, прекрасно зная, что он никогда не разрешит мне остаться здесь без него.

— Нет, где судья? Я лично доставлю ему документы, — парировал он.

— Давайте позволим Рику и Джун попрощаться с Вандером, — предложила она, не замечая выпад Пэкстона.

Я последовала за ней в холл, оглядываясь через плечо. Рик поднял Вандера, давая ему напутствия насчет его удара и напоминая держать покрепче биту, когда мы закрывали за собой дверь. Мы все прошли через холл к кофе-машине. Мы с Пэкстоном отказались от напитка.

— Я пришлю вам документы факсом в понедельник утром. Подпишите их у нотариуса и пришлите обратно, как только сможете.

— Мы забираем его домой? Сегодня? — спросила я, потупив взгляд, словно обращаясь к полу.

— Вагнеры не хотят проходить через это еще раз спустя несколько дней, а я не хочу помещать его на несколько дней в другую семью, да и он все равно окажется у вас. Вы победили. Вандер сегодня поедет домой с вами.

— О, боже мой. Пэкстон, ищи билеты на самолет, — сказала я, даже не пытаясь скрыть панику, атакующую мой мозг. Это было по-настоящему. Это происходило на самом деле. Вандер был в безопасности, там, где я могла позаботиться о нем.

Вандер отправлялся домой.

Глава шестнадцатая

Даже не могу описать, как счастлива я была. Вандер заполнил пустоту, о существовании которой я и не догадывалась, и я гордилась сестрой за то, что у нее такой сын. Вежливый и веселый, как я и ожидала. И Пэкстон, боже мой, Вандер обожал Пэкстона. Они ели своего мерзкого лобстера, а я наслаждалась пастой со сливочным соусом, спаржей и зеленым салатом, чувствуя себя счастливее, чем когда-либо в жизни. После обеда мы прогулялись по парку, держась за руки, пока Вандер бегал впереди нас, беззаботный и энергичный, каким и должен быть маленький мальчик.

Мы сели у пруда и позвонили Ми, чтобы поделиться хорошими новостями и сообщить, что смогли достать билеты на рейс только на следующий день. Ми была не против, с ней был Ник, и они хотели выкопать на пляже ров, разжечь огонь и пожарить маршмеллоу. Пэкстон пытался возразить против опасной затеи, но только потому, что сам хотел быть там, чтобы проследить за процессом. Я толкнула его в бок, чтобы не лез со своими возмущениями, пока я говорила по «ФэйсТайм» с Ми и девочками.

— Вы поехали к тому мальчику? — спросила Офелия, когда Ми передала ей телефон.

— Да, и угадай что?

— Что?

— Он похож на тебя.

— Нет, не похож. Он мальчик.

— Но у него такие же глаза, как и у тебя, та же кожа и те же волосы. Хочешь поздороваться с ним?

— Хорошо.

Роуэн влезла в камеру, мгновенно вызывая ссору.