Читаем Шляпа Миттерана полностью

Часы показывали восемь вечера. На город уже наползал предзимний холод, приглушая привычные шумы и рокот автомобильного движения. Даниэль уже несколько раз проехал мимо того ресторанчика. Чуть ли не на ощупь пробираясь между бульваром и прилегающей улочкой, он наконец-то обнаружил его. Точно, тот самый! Тот же повар-устричник перед входом, те же красные шторы, те же официанты в белых фартуках.

Его ждал одинокий ужин – без жены, без ребенка. До женитьбы он иногда устраивал себе такие. Правда, в те годы у него были не те заработки, чтобы ходить по шикарным местечкам. Но все равно даже в самом скромном заведении он всегда заказывал хорошую еду. И не нуждался ни в чьей компании, чтобы насладиться андулетом, славным куском мяса или блюдом морских улиток. День клонился к вечеру, и Даниэль уже предвкушал радости холостяцкой трапезы. Ему понравилось это выражение. Холостяцкая трапеза, повторил он про себя, хлопая дверцей “Гольфа”. Даниэль испытывал потребность “обрести себя”, как в передаче телеканала “Антенна-2” говорила одна гостья, дама-психотерапевт, недавно выпустившая книжку, посвященную стрессу на работе. Даниэлю формулировка показалась исполненной глубокого смысла. Он устроит гастрономическую разгрузку и попытается обрести себя, расслабившись после трудового дня и выбросив из головы всю цифирь и нервотрепку, связанную с последней реорганизацией финансового отдела. На должность начальника поставили Жана Мальтара, и Даниэль, исполнявший обязанности его заместителя, не ждал от этого назначения ничего хорошего – ни для отдела, ни для себя лично. Шагая через бульвар, он твердо решил не думать о работе. Сейчас он толкнет тяжелую дверь ресторана, и все это – Жан Мальтар, фирма “Сожетек”, расходные счета и НДС – перестанет для него существовать. Останется только королевское блюдо морепродуктов. И он сам.

Официант в белом фартуке вел его за собой мимо длинного ряда столиков, за которыми сидели семейные пары, влюбленные и туристы; они улыбались друг другу, покачивали головой и, не переставая жевать, разговаривали. Он сумел разглядеть, что лежит на тарелках: дары моря, антрекоты с паровым картофелем, говяжья вырезка под соусом беарнез. Еще в дверях метрдотель – долговязый субъект с тоненькими усиками – поинтересовался, заказан ли у него стол. Даниэль испугался было, что его плану провести уютный вечерок грозит провал.

– Я не успел, – бесцветным голосом произнес он.

Метрдотель приподнял левую бровь и уставился в свой блокнот. В это время к ним подошла молоденькая блондинка.

– Двенадцатый стол полчаса назад снял заказ, – сообщила она, тыкая пальчиком в строчку в списке бронирования.

– Почему никто не поставил меня в известность? – возмутился метрдотель.

– Я думала, Франсуаза вам сказала, – безразлично бросила девица и удалилась как ни в чем не бывало.

Метрдотель зажмурился. На его лице нарисовалось болезненное выражение, выдававшее внутреннюю борьбу человека, сдерживающегося из последних сил, чтобы не дать выход гневу на распустившийся персонал.

– Сейчас вас проводят к столику, месье, – сказал он Даниэлю, указывая подбородком на мгновенно возникшего рядом официанта.

Столы в пивных ресторанах всегда застилают белоснежными до голубизны скатертями, способными ранить глаз не хуже горного снега. Бокалы и серебряные столовые приборы буквально сияли. Для Даниэля этот особенный блеск, характерный для сервировки лучших ресторанов, всегда символизировал само понятие роскоши. Официант принес меню и карту вин. Даниэль открыл обложку из красного кожзаменителя и погрузился в чтение. Цены существенно превосходили его ожидания, но он решил не обращать внимания на эту деталь. “Королевское блюдо даров моря” занимало центр страницы. Выписанное каллиграфическим почерком, под названием значилось: устрицы, выращенные в садке; бретонские вогнутые и плоские устрицы; половина краба; венерки; пильчатые креветки; лангустины; морские улитки; серые креветки; морские петушки; венусы; глицимерисы; литторины. Даниэль перешел к карте вин и стал искать пуйи-фюиссе или фюме. Вино у них тоже стоило значительно дороже, чем он предполагал. Он заказал “Королевское блюдо” и полбутылки пуйи-фюиссе.

– К сожалению, оно у нас только в больших бутылках, – сообщил официант.

Даниэлю не хотелось выглядеть жмотом.

– Пусть будет бутылка, – сказал он, закрывая карту вин.