Она запела нараспев:

— Пааааа! Паааа!

Очень низко. Басом.

Взяла ноту повыше.

— Теееее! Теееее!

Еще выше. И выше.

— Тииии! Тииии!

И рухнула вниз. Как камень на землю.

— Кааааа! А!

Оксана и Полина поглядели на нее как на инопланетянина. Переглянулись.

— Смотрите, какая мерзкая кошка! — воскликнула Оксана. И показала на дорогу.

Вдоль дороги шла худая рыжая кошка. Шерсть на ней висела клочками. У нее была непропорционально большая голова. Живот был грязный, хвост, облезший и тонкий, волочился по земле. Полина фыркнула, передернувшись:

— Бомжиха какая-то! Ой!

— Ой! девочки! Я побежала! Всё!

Полинина мама стремительно пошла по улице, помахивая сумочкой.

— Может, она бездомная и голодная, — сказала Даша. — Ее никто не пожалеет, не накормит. Кссс! Иди сюда!

Кошка побежала к ним. Полина и Оксана завизжали и залезли с ногами на скамейку. Даша мужественно продолжала стоять на месте.

— Кошечка! — ласково, насколько могла, проговорила Даша. — Маленькая!

Кошка подошла к ней, подняла свою неровную уродливую голову, долго смотрела, а потом мяукнула. Тихо так!

— Кошки всякие нужны, кошки всякие важны! — продекламировала Даша. — Хорошая кошечка!

Кошка потерлась об ее ноги. Полина и Оксана завизажали. И запрыгали на скамейке.

— Теперь у тебя ноги отпадут! Она же заразная!

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

ТОЛЬКО НАДО ОТПРОСИТЬСЯ

— Подождите, девочки! — сказала Полина. — Я только рюкзак оставлю дома. А вы тоже оставляйте! А завтра от меня пойдем в школу! Зачем вам домой еще переться за рюкзаками! Оставляйте у меня!

Оксана недвольно пробурчала:

— А если меня дома не отпустят, опять к тебе идти за рюкзаком? Больно надо ноги бить взад-вперед!

— Ты же сама говорила, что дядя Костя тебя обязательно отпустит, — проговорила Полина. — А сейчас говоришь, что если тебя вдруг не отпустят. Я тебя что-то не пойму никак. То одно, то другое.

— Отпустят! Чего бы не отпустила? Дядя Костя добрый.

— Тогда оставляй рюкзак у меня! Чего его таскать? А завтра от меня сразу пойдем в школу. От меня идти даже ближе.

— А если не отпустит возьмет? Откуда я знаю.

Полина и Оксана дружно вздохнули. Даша даже простонала. В чем-то убеждать Оксану было бесполезно. Это они уже знали по своему опыту дружбы с ней. Просто такая вредная! И совершенно неубедительная.

— А я точно не знаю, — сказала Даша. — А вдруг меня не отпустит мама. Поэтому я рюкзак не буду у тебя оставлять. Не такой-то он и тяжелый. И я привыкла к нему. Он вроде у меня горба. А если мама отпустит, всё равно надо будет взять тетради и учебники на завтра на те уроки, на которые я сегодня не брала. Так что похожу с рюкзаком! Он мне не в тягость.

Полина согласилась с ней

— Правильно! Ну, а я зайду домой, оставлю рюкзак и пойду с вами. Не сидеть же мне одной в доме! Что мне делать одной?

Полина открыла калитку, прошла во двор, собралась уже открывать замок ключом, поторый она достала из-под половичка, лежавшего на крыльце, но тут же передумала и повернулась к подругам. Они стояли у калитки.

— Девочки! Давайте зайдем! Попьем хоть чаю! Разве вы не проголодались?

Оксана и Даша вошли во двор. Полина открыла замок, и они зашли в дом. После веранды была просторная кухня. В углу большая печь.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

ЧТОБЫ СЧАСТЬЕ НЕ УШЛО

— Ну, и к кому пойдем? — спросила Полина, когда они вышли на улицу. — К тебе Даша ближе и ты по пути, если идти к Оксане. Тогда получается, что сначала к тебе идем, Даша. А потом уже к Оксане.

— А как пойдем? — спросила Оксана. — Если по переходке, то сначала ко мне, потом к Даше, а потом уже к тебе Полина. Это вот такой кружище сделаем по городу. Огромный кружище получится.

Оксана провела рукой круг над головой.

— А если отсюда мы пройдем на Ленина, потом через переезд перейдем, то тогда сначала к Даше. А потом идем ко мне, а от меня уже к тебе Полина. И опять получается кружище по городу.

Даша выдохнула.

— Ну, ты, Оксана, хоть кого замучаешь! У тебя какой-то талант мучителя.

Оксана удивленно поглядела на подругу.

— Никого я не замучиваю. Я вам объясняю, как идти, а вы на меня что попало наговариваете. Вы любите на меня что попало наговаривать.

— Ничего мы на тебя не наговариваем! — фыркнула Полина. Она уже успела переодеться и сейчас была в тесно облегающих черных брючках и тряпочных туфельках.

— Слово уже нельзя сказать! Сразу обижаться! Прямо мы такие все обидчивые!

Полина выговаривала Оксане с той интонацией, как ее мама, когда она была чем-то недовольна.

— Я не обижаюсь! Больно надо! Подумаешь!

Осана надула щеки и отвернулась.

— Так! — строго проговорила Даша. — У меня мама приходит позднее, чем дядя Костя. Она может даже задержаться на работе. Поэтому идем через Оксану. А потом уже ко мне. Хорошо?

— Но дядя Костя, может быть, еще не пришел, — растерянно проговорила Оксана. — Я же не знаю. Откуда мне это знать?

— А если пришел? — зло прошипела Полина. — Ты же сама говорила, что он уже должен прийти. Постоянно талдычила об этом. А сейчас «не знаю».