Читаем Шли по улице девчонки полностью

— Ну, ты слушай дальше! Был праздник. И ее решили напоить. Сговорились между собой. Ей наливали в бокал пепси-колу и немного водки добавляли так, чтобы она не заметила. Сначала она удивлялась, что у пепси-колы какой-то вкус не такой. Ей сказали, что это новая пепси-кола, она и поверила. Все пьют, кто водку, кто вино, кто пиво, а ей пепси-колу наливают. Все уже веселятся. И она стала веселиться. Все стали танцевать. И она танцует. Потом песни стали петь. И она поет. Еще несколько раз выпила свою пепси-колу и уснула. Прямо за столом.

Девушка замычала. Девчонки попятились назад. Первой остановилась Даша и рассмеялась. Подошла поближе к клёну.

— Вы что напугались, что она вас укусит? Ой, трусихи какие!

— Ага! — протянула Полина. — Пьяные, знаешь, какие могут быть. Вот у нас как-то был праздник. Я уже не помню какой. И тетя Лида была. Напилась вдробаган. Сначала орала, материлась, курила одну за другой. А потом побила тетю Люду. У той даже синяк был.

— Вот, Полинка, у тебя вечно какие-нибудь истории! — прошипела Оксана. — Прямо настоящий историк!

— Какие у меня истории? А?

— Какие-то ненормальные! Вот какие!

— А у тебя и вообще никаких нет! А говоришь!

— А вот и есть! — крикнула Оксана. — Еще какие!

— А чего ж ты тогда не рассказываешь? Потому что у тебя их нет.

— Я не…

Оксана осеклась, не найдя сразу что ответить. Но и промолчать она не могла. Тогда это была бы не Оксана.

— Потому что я скрытная. Да уж пойдемте, девочки, отсюда! Не насмотрелись что ли? Нашли на что смотреть! Фу!

Оксана, сморщив лицо, отвернулась. Но Даша строго посмотрела на подругу и сказала:

— А если ей плохо? Мы сейчас уйдем, а она умрет. Надо вызвать «Скорую помощь». Это наш долг.

— «Скорая помощь» не возит пьяных, — сказала Полина. — Однажды у нас был праздник. И тете Тае стало плохо. Она побледнела и упала прямо на пол. Все так перепугались. Забегали…

— Хватит! — хором простонали Даша и Оксана. — Достала своими историями. «У нас был праздник. И кто-то обязательно напился».

— Задолбала уже своими праздниками! — сердито сказала Оксана. — Праздничная вся такая!

— Ах так! — обиделась Полина. — Тогда я буду молчать. Вот даже захочете, чтобы я сказала, а я буду молчать. Вот так! Слова больше от меня не услышите! Умные какие! Я им рассказываю, как у нас было, а они не хотят слышать. Потому что у вас так не бывало! Вот вы и злитесь!

— У нас ни у кого нет телефонов, — сказала Оксана. — Как же мы позвоним в «Скорую помощь»? Да пойдемте уже, девочки! Меня будут ругать, если я поздно прийду. Дядя Костя не любит, когда я поздно прихожу. Вон тетенька идет! Давайте ей скажем!

Оксана показала на грузную женщину в длинной серой кофте, которая опускалась почти ей до колен. Она держала раздутый черный пакет. Значит, она шла из магазина. Женщина смотрела строго вперед, как будто впереди перед ней маячила какая-то заманчивая цель. А может, просто в той стороне был ее дом.

Девчонки побежали к ней, махая, чтобы она остановилась.

— Тетенька! Можно вас? — выкрикнули хором.

Женщина остановилась. Строго поглядела на них.

— Чего вам, девочки, надо? Чего это вы?

— Пойдемте с нами! Пожалуйста, пойдемте с нами!

— Куда это я должна идти с вами? — спросила она недовольным голосом и неприязненно оглядела девчонок. Да нет, выглядят вроде бы нормально.

— Туда вон пойдемте! Это очень надо!

Даша показала на старый клен, под которым был густой куст.

— И с чего это я должна с вами туда идти? Больно надо это мне.

Губы женщины вытянулись вперед. Видно, она еще что-то хотела сказать.

— Девушка там лежит. Прямо на землек.

— Как девушка? Как на земле?

Лицо женщины побледнело, губы втянулись назад и челюсть медленно стала опускаться вниз. Она напугалась.

— Это… она что мертвая: — шепотом спросила женщина. — Ах ты!

— Нет! Она не мертвая. Она пьяная лежит. А возле нее бутылка пива. И пахнет от нее водкой. Вот!

— Вы меня перепугали! Хотя я не видела, чтобы девки пьяные на улице валялись. Ну, мужики пьяные валяются — это сколько угодно. Ну, пойдем посмотрим на эту срамоту! Тьфу ты!

Они подошли к клену, под которым лежала девушка. Женщина наклонилась и близоруко стала всматриваться в лицо. Пакет она поставила возле ног. Из пакета выглядывал хлебный батон. Но были еще пакеты с чем-то.

— Это же Сонька Васильева! — вскричала женщина. — Наркоманка она, девочки. Лярва!

Кончик носа у нее презрительно задрался вверх. Губы искривились.

— Наркоманка? — воскликнули девчонки. — Ничего себе!