Читаем Школа трупов полностью

Мне было некуда деваться, от неё несло маслом... я извинился...

— Ты у нас скоро станешь дедом ! — сообщает она мне.

И со смеху покатывается, шлюха. Она знала всё, подлюга, все сплетни и пересуды в округе.

— А ты неплохо осведомлена, треска ! — отвечаю я ей и глазом не моргнув. Нахалка ! бесстыжая ! Ты когда так позеленела ?...

— Позеленела ! Позеленела !... ты и сам на труп похож ! Старая развалина мерзавец потаскун ! Старый неудачник ! Что, дедуля ? Задело ? Старый бабник ! вредитель ! Развратник ! Простатник ! Спермоглот !

— Грязное уёбище ! — я ей. Навозная роза ! сточная канава ! я тебя пришибу ! дерзкая дрянь !

И я прыгнул вниз и содрал с неё всю чешую ! Роман окончен !... двадцать лет - это перебор для волшебства... Мы потешно таскали друг друга за космы среди тины ! Наконец, мне опротивело. Я пытался быть дружелюбным, я хотел просто уйти, по-хорошему... Но меня охватил гнев...

— Я ухожу в море ! несвежая ! — решил я хвастануть. В чистые волны !... я !... Тухлятина !

— Как ты меня назвал ? Тухлятина ? Я не ослышалась ? Пиздюк говнистый ! Ну-ка повтори, я тебя утоплю ! В моче ! В море, значит, собрался ? как все подыхающие псы ! Мудак !

— Именно ! — отвечаю. Зараза ! Никудышная, никчёмная ! Профура ! Ты своё получишь ! Вот Нептун узнает ! Я знаком с его дочерью ! С русалкой с Пуан дю Жур ! Каково, а ? Ты своё получишь ! Я повторяю !

— Получу ! Получу !

— Получишь, селёдка !

— Селёдка !? Селёдка ?... как ты смеешь ?...

Селёдка... это было самым оскорбительным словом для неё ! Она задыхалась и икала от негодования и бешенства в своей грязи !

— Селёдка ! Селёдка !... это её здорово завело !

— Слушай ! ты ! Фрукт морской ! Вот ты кто ! Старый пердун ! Пьянь ! Слизняк ! Пузырь ! Я гнильё, говоришь ? Дерзкое ничтожество ! Иди-ка попробуй, подержись за мои прелести ! ну-же ! Как из дерева ! Укуси !... Что, не заводит? А?... Что, отвисла грудь ? А ? Соси ! Сопляк !

Это правда, всё её тело было твёрдым.

— И вообще, если желаешь знать — она неистово хлопала себя по бокам и по сверкающей груди — всё звенело ! Это всё у меня от злобы ! Слушай ! Какое твёрдое ! Всё настоящее ! А как держится ! Передавай Нептуну мой привет !

Её веселило то, что я был в замешательстве.

У неё не хватало двух, трёх зубов...

Её пропитый голос был отвратителен...

— Это всё винокуренные заводы — объяснила она. У меня их тут четыре перед Леваллуа... за мостом...

— Тебе нравится здесь ?

— Разве не видишь ?

— Я у тебя спрашиваю...

— А тебя твоя жизнь устраивает ?

Настроение всё ещё было скверным...

— Я живу как хочу... я свободен...

— Свободен... свободен... это не надолго...

— Увидим !...

— Да что ты знаешь ! Умник !...

— А ты знаешь только одни сплетни... те, которые стекаются в твои нечистоты !

— Да... да... сам будто чище !... Погоди у меня !... нахал ! ты у меня попляшешь !... ты у меня дощебечешься !... Дрозд ! Ты у меня скоро по- другому запоёшь !...

— Что ?... Что ?...

— Ты боишься ! Вот что ! Ты ещё хуже, чем просто подонок, ты трус !

— Ну-ка !... Ну-ка !...

— Что ты тогда делал в Клиши ?

— Что же ? Что же ?...

— Я знаю всё... и даже больше ! Намного больше !... Признайся, что ты боишься !

— Боюсь ? Я ?... Грязная, вонючая марамойка ! Да я слушаю тебя с удовольствием ! Давай, продолжай свою гангрену !

— Он сказал, что... хи ! хи ! хи ! Она видела, как... эй ! эй ! эй !

— Ах ! Ах !... Никогда не поверю...

— Что она...

— Ох ! Ох ! Ох ! Ну просто замечательно !...

— И что ты! Да! Да! Да!... именно !...

— Неслыханно !

— И что ты напился и... и... и... Да, он так и сказал ! она так и сказала... они так и сказали ! что... да... что... что... что... да... да...что... что... вот так вот !...

— Неужели !

— Да ! Да ! Да !

— Чудеса!

— Все ?

— Да ! Одна, две... десять... двенадцать, девяносто !

— Все ?

— Абсолютно ! до единого !

— Плохо дело !

— Ты ещё более мерзок, чем ты думаешь !

— Невозможно !

— Что ещё расскажешь ?

— Дай-ка мне чернила Сены... Я тебе такое расскажу... только окуну свой конец в твою сивуху! Ой как вспыхнет, ой как загорится, ой как затрещит

— писулька! каким дерьмом я себя ощущал, когда мне помочились на задницу! Чтоб мне сдохнуть! Принеси мне славный кусок дерьма !... Какого-нибудь Каминского ! чтобы я по-быстрому смочил своё перо...

чтобы я его увлажнил... И отваливай назад, поганка!... обратно в свой нужник! напрасно вылезла... Исчезни!

— Напрасно ? Напрасно ? Фердинанд ! Я тебе засажу !

— Повернись ! во имя предков ! Я тебе вставлю прямо в очко !...

Хлюп!... хлюп!... Брызги грязи летят во все стороны и её уже нет. Она уплыла... далеко... и всё же соблазнительна, проклятая чертовка...

*****

Перейти на страницу:

Похожие книги

Очищение
Очищение

Европейский вид человечества составляет в наши дни уже менее девятой населения Земли. В таком значительном преобладании прочих рас и быстроте убывания, нравственного вырождения, малого воспроизводства и растущего захвата генов чужаками европейскую породу можно справедливо считать вошедшею в состояние глубокого упадка. Приняв же во внимание, что Белые женщины детородного возраста насчитывают по щедрым меркам лишь одну пятидесятую мирового населения, а чадолюбивые среди них — и просто крупицы, нашу расу нужно трезво видеть как твёрдо вставшую на путь вымирания, а в условиях несбавляемого напора Третьего мира — близкую к исчезновению. Через одно поколение такое положение дел станет не только очевидным даже самым отсталым из нас, но и в действительности необратимой вещью. (Какой уж там «золотой миллиард» англосаксов и иже с ними по россказням наших не шибко учёных мыслителей-патриотов!)Как быстро переворачиваются страницы летописи человечества и сколько уже случалось возвышений да закатов стран и народов! Сколько общин людских поднялось некогда ко своей и ныне удивляющей славе и сколько отошло в предания. Но безотрадный удел не предписан и не назначен, как хотелось бы верующим в конечное умирание всякой развившейся цивилизации, ибо спасались во множестве и самые приговорённые государства. Исключим исход тех завоеваний, где сила одолела силу и побеждённых стирают с лица земли. Во всем остальном — воля, пресловутая свободная воля людей ответственна как за достойное сопротивление ударам судьбы с наградою дальнейшим существованием, так и за опускание рук пред испытаниями, глупость и неразборчивость ко злому умыслу с непреложной и «естественно» выглядящею кончиной.О том же во спасение своего народа и всего Белого человечества послал благую весть Харольд Ковингтон своими возможно пророческими сочинениями.Написанные хоть и не в порядке развития событий, его книги едино наполнены высочайшими помыслами, мужчинами без страха и упрёка, добродетельными женщинами и отвратным врагом, не заслуживающим пощады. Живописуется нечто невиданное, внезапно посетившее империю зла: проснувшаяся воля Белого человека к жизни и начатая им неистовая борьба за свой Род, величайшее самоотвержение и самопожертвование прежде простых и незаметных, дивные на зависть смирным и покорным обывателям дела повстанцев, их невозможные по обычному расчёту свершения, и вообще — возрождённая ярость арийского племени, творящая историю. Бесконечный вымысел, но для нас — словно предсказанная Новороссия! И было по воле писателя заслуженное воздаяние смелым: славная победа, приход нового мира, где уже нет места бесчестию, вырождению, подлости и прочим смертным грехам либерализма.Отчего мужчины европейского происхождения вдруг потеряли страх, обрели былинную отвагу и былую волю ко служению своему Роду, — сему Ковингтон отказывается дать объяснение. Склоняясь перед непостижимостью толчка, превратившего нынешних рабов либерального строя в воинов, и нарекая сие «таинством», он ссылается лишь на счастливое, природою данное присутствие ещё в арийском племени редких носителей образно называемого им «альфа»-гена, то есть, обладателей мужского начала: непокорности, силы, разума и воли. Да ещё — на внезапную благосклонность высших сил, заронивших долгожданную искру в ещё способные воспламениться души мужчин.Но божье вдохновение осталось лишь на страницах залпом прочитываемых книг, и тогда помимо писания Ковингтон сам делает первые и вполне невинные шаги во исполнение прекрасной мечты, принимая во внимание нынешнюю незыблемость американской действительности и немощь расслабленного либерализмом Белого человека. Он объявляет Северо-Запад страны «Родиной» и бросает призыв: «Добро пожаловать в родной дом!», основывает движение за переселение. Зовёт единомышленников обосноваться в тех местах и жить в условиях, в коих жила Америка всего полвека назад — преимущественно Белая, среди Белых людей.Русский перевод «Бригады» — «Очищение» — писатель назвал «добрым событием сурового 2015-го года». Именно это произведение он советует прочесть первым из пятикнижия с предвестием: «если удастся одолеть сей объём, он зажжет вашу душу, а если не зажжёт, то, значит, нет души…».

Харольд Армстэд Ковингтон , Харольд А. Ковингтон , Виктор Титков

Детективы / Проза / Контркультура / Фантастика / Альтернативная история / Боевики
Джанки
Джанки

«Джанки» – первая послевоенная литературная бомба, с успехом рванувшая под зданием официальной культуры «эпохи непримиримой борьбы с наркотиками». Этот один из самых оригинальных нарко-репортажей из-за понятности текста до сих пор остаётся самым читаемым произведением Берроуза.После «Исповеди опиомана», биографической книги одного из крупнейших английских поэтов XIX века Томаса Де Куинси, «Джанки» стал вторым важнейшим художественно-публицистическим «Отчётом о проделанной работе». Поэтичный стиль Де Куинси, характерный для своего времени, сменила грубая конкретика века двадцатого. Берроуз издевательски лаконичен и честен в своих описаниях, не отвлекаясь на теории наркоэнтузиастов. Героиноман, по его мнению, просто крайний пример всеобщей схемы человеческого поведения. Одержимость «джанком», которая не может быть удовлетворена сама по себе, требует от человека отношения к другим как к жертвам своей необходимости. Точно также человек может пристраститься к власти или сексу.«Героин – это ключ», – писал Берроуз, – «прототип жизни. Если кто-либо окончательно понял героин, он узнал бы несколько секретов жизни, несколько окончательных ответов». Многие упрекают Берроуза в пропаганде наркотиков, но ни в одной из своих книг он не воспевал жизнь наркомана. Напротив, она показана им печальной, застывшей и бессмысленной. Берроуз – человек, который видел Ад и представил документальные доказательства его существования. Он – первый правдивый писатель электронного века, его проза отражает все ужасы современного общества потребления, ставшего навязчивым кошмаром, уродливые плоды законотворчества политиков, пожирающих самих себя. Его книга представляет всю кухню, бытовуху и язык тогдашних наркоманов, которые ничем не отличаются от нынешних, так что в своём роде её можно рассматривать как пособие, расставляющее все точки над «И», и повод для размышления, прежде чем выбрать.Данная книга является участником проекта «Испр@влено».

Уильям Сьюард Берроуз

Контркультура