Читаем Шкатулка опенула (СИ) полностью

Иллюзионист плюхнулся на пустую кровать и закрыл глаза. Зачем он вообще перебрался на Недивины? Остался бы дома, в лагере, спал бы на родной койке, ел бы за родным кривоватым столом, да изредка инспектировал ребят-шпионов. Но надо ведь было месяц назад обнаружиться порталу, ведущему в Дэнт. И где — прямо в Каннорском заливе! Оказалось, телепортатор, сбежавший на материк года два назад, оставил родному острову «подарок» в виде незакрытого перехода. Телепортаторы вообще народ гадкий. Жутко похожи на опенулов, но куда слабее — только один-два перехода образуют, и лишаются сил. Более того, их порталы сами не исчезают и засасывают все, до чего дотянутся. Маленькие черные дыры. И одна из таких дыр принялась нагло пожирать Каннор. Сначала затягивало только воду, следом — камни с берега. А потом вся суша будто оторвалась от остова и, как льдина, начала плыть. Оставался лишь один выход: найти сбежавшего телепортатора и заставить его закрыть портал. Ну, или, в крайнем случае, найти нового.

Конечно же, Дейр вместе с Илом — кто еще, если не они — и парочкой других бравых ребят сиганули в переход и оказались в парковом озере. Ну, а дальше планы пошли наперекосяк. Сначала засекли инсивов, узнали о смерти их опенула, наткнулись на Эрику, принялись следить, параллельно мыля шеи врагам… Последний месяц канноры только и делали, что гонялись за Белухой, совершенно позабыв о телепортаторе. А ведь неплохо бы его отыскать. Как-никак, остров еще в опасности.

Но все, что сейчас хотелось Дейру — выспаться. Забыть на время обо всех заботах, планах, спихнуть бремя командира на кого-нибудь другого. Только дураков уже не найти, он один такой.

Что-то в коридоре тихонько щелкнуло, звякнуло, и по полу будто пробежала еле заметная волна. Парень тут же вскочил, бросился в коридор. За время знакомства с Лярским опенулом он прекрасно изучил складки. Они расправляются с невероятной скоростью, близкой к скорости света. Оттого любой опенульский переход сопровождался характерным звуком — не то щелчком, не то хлопком. Таким, как сейчас.

Дейр яростно застучал в дверь ванной. Вода все еще лилась, но саму девушку — не слышно.

— Эрика! — рявкнул парень. — Эрика, открывай!

Не дожидаясь ответа, он с силой дернул ручку. Замок с треском и звоном отлетел к стене, пропуская каннора в пустующую комнату.

***

Эрика не поняла, что произошло. В голове стоял туман, а мысли никак не останавливались — все бежали и бежали. Сначала за ними еще можно было уследить, но потом Эри и пытаться перестала. Отперла щеколду, распахнула дверь, шагнула за порог. И замерла.

Вместо коридора перед ней раскинулась незнакомая сумрачная комната. Вдоль стен навалена поломанная мебель, на углах паутина, сантиметровый слой пыли. С потолка свисает голая желтая лампочка. Все в грязи и воде, над головой трясется от потока кипятка труба.

Несколько секунд Эри стояла, не шевелясь. Уставилась в стену и ждала, пока что-нибудь произойдет само. Голова после утреннего потрясения отказывалась работать вовсе. Не хотелось разбираться, искать выход. Даже удивляться не хотелось. Попала неизвестно куда? Ну и ладно.

Где-то за коробками застучали шаги. Белуха, скорее инстинктивно, чем обдуманно, шмыгнула в укрытие — за груду прогнивших досок. Там уже плюхнулась на пол и начала по крупинке собирать все чувства, мысли и эмоции в одну картинку.

Йенц умер. Двенадцатилетний мальчишка погиб прямо у нее на руках… Стоп! Если так и дальше пойдет, она снова разревется. Дейр прав, Эри надо взять себя в руки. Ей шестнадцать лет, в конце концов! Лайтовцы в ее возрасте не то, что не плачут по погибшим, — они сами убивают! И, раз на то пошло, Йенца Эрика почти не знала. Только по рассказам Ила и тем двум предсмертным минутам… Нет, нет, Белуха, соберись! Побудь эгоисткой, подумай о себе! Узнай, наконец, где ты!

И тут пришел страх. Терпкий, всепоглощающий. Ничего не осталось, ни горя, ни злости. Одна только слепая паника. Черная дыра, в самом центре которой — Эрика. И никто не поможет, никто не спасет. Она уже никогда не вернется домой. Она даже из комнаты не выберется. Ее убьют — инсивы, или просто маньяки, или кто-то еще. И будет гнить здесь, среди труб!

— Грэг, — зазвенел чей-то недовольный голосок. — Перестань! У меня от твоей паники мурашки по коже!

— Здесь кто-то есть, — глухо отвечал другой, хриплый. — Я чувствую его страх.

Эрика уже хотела встать и добровольно сдаться неизвестным. Ее обнаружили, ее нашли. Нет смысла сопротивляться и прятаться. Но первый голос снова заговорил.

— Конечно есть! Оливер же сам притащил сюда тело милашки-Хамелеона. Так что не пытайся испугать мертвеца.

Тело вдруг стало тяжелым, как мешок с песком. Зато в разуме вспыхнула тысяча разноцветных искр. Они говорят об Иле! И об Оливере тоже! Неужели инсивы взяли мальчишек в плен? Анель! Только она называет Ила Хамелеоном. И ее спутник Грэг. Вряд ли он ляр или каннор. Куда же ее занесло! И как с ними связан Оли?!

— Он не мертвец, — подметил Грэг. Снова застучали тяжелые шаги по полу. — То, что у него нет души, не делает его мертвым.