Читаем Шизопитомник полностью

Докладчик удивился её любознательности и спросил:

– А что можно сказать об анатомии фотографии? Тоже ничего. Откуда такое совпадение? Думаете, случайно? Ан нет, призрак – это, в сущности, обычная «прижизненная» фотография единого консорциума души и тела, коим по сути является каждый из нас. Эта фотография делается в интересах следствия. Для Высшего суда, как минимум… Оттого на «снимках» чаще всего проявляются люди, попавшие своею волей или волею обстоятельств в необычные условия: несчастные случаи, катастрофы, преступления, казни и прочие неприятности.

Светлана, обладавшая отличной злопамятностью, решила, что к понедельнику освоит эту сентенцию слово в слово и, вслед за остальными, наполнила стакан. Докладчик, чтобы не отставать, тоже справился со своей жаждой и принялся заливать жажду знаний подземных тусовщиков:

– Итак, мы с беспримерной очевидностью осознали, что привидения – это своего рода голографические прижизненные снимки Высшего сыскного отдела. Брошенные по умыслу или без оного на месте съёмки. Как вы думаете, сколько лет живут привидения?

Недобравшие отпустили двести лет, перебравшие отвалили тысячу.

– Можете расслабиться, – дозволил лектор, – За вас всё сделали британские учёные. Они таки взяли и подумали: «Сколько лет живут привидения?» и пробили солидные гранты на пустяшную тему. Составили список многомесячных командировок в самые фешенебельные старинные замки Великобритании. По их сведениям привидения расселяются исключительно в фешенебельных замках. Там они перезнакомились с Высшим светом, основным владельцем тёмных сил. Нет, про привидения британские учёные тоже вспоминали и, в конце концов, сошлись на продолжительности их существования в четыреста лет, оставив за собой право на уточнение результатов.

Призраковед тяжело вздохнул и продолжил:

– К чёрту зависть, главное, мы знаем, что привидения-голограммы хранятся в природе не дольше чем документы в наших архивах. Примерно столько же. Очень хорошо. Самое время спросить: «Стоит ли бояться привидений?»

Глазки призраковеда хитро сощурились, но в полумраке подземелья разгорячённая публика не оценила фиглярства. Пришлось отвечать самому:

– Непременно стоит бояться! Особенно, если вы настроены шарахаться от любого снимка со стенда «их разыскивает милиция». А теперь вернёмся к пятнице, зарезервированному дню для призраков и привидений. Отчего им так полюбился этот день? Дело в том, что для нас, охотников до всего, пятница – святой день. Когда ещё оторвёшься по полной? А чтобы сил хватило хотя бы на часть запланированного, приходится принимать допинг. Дальше всё просто: получив энергетический избыток в организме, мы в нагрузку получаем кратковременную способность видеть «утончённые» вещи. Например, привидения.

Призраковед оглядел тусовку и догадался, что дальше можно не умничать, ибо допинг уже открыл в каждом исследователе тёмных сил внутренние источники просветления.

Пока разносили добавку, знатока по анатомии приведений сменил «широко известный» в духовном мире (или в мире духов?) муж, пожелавший остаться «широко неизвестным». В своё время он бегал за призраками практически во всех английских замках и даже смог увидеть одно туманное облачко лично, о чём хвастался с невыносимым занудством на каждом незащищенном от него интернет-форуме. Он поприветствовал кого-то невидимого за своей спиной и приступил к передаче ценной информации:

– Итак, вас заинтересовали тонкие миры. Значит, вы пришли по адресу, – он сверился с приглашением и зачитал полный адрес, включая схему проезда.

В надежде на дополнительные вопросы, докладчик выдержал паузу и продолжил:

– Сегодня мы выясним природу возникновения привидений и изучим места их обитания. Наиболее обжитыми считаются самые заброшенные и зловещие уголки Британии, что, несомненно, говорит о разумности тонких форм. Но мои коллеги из менее предприимчивых слоёв населения имеют склочную привычку спорить и выискивать, выуживать, вылавливать и другими способами доставать призраков по месту собственной прописки.

С чувством глубокого презрения он окинул публику задних столиков и продолжил:

– Я же предпочитаю проводить свои научные преследования в тёмных коридорах и мрачных подвалах средневековых замков Шотландии, где по легендам в изобилии водятся призраки. По крайней мере, там их наиболее приятно искать. Комфорт, о котором так много говорят турфирмы, распространяется там даже на братьев наших тонких. Досуг привидений в подземельях ежедневно скрашивается толпами туристов с самыми нелепыми представлениями о призраках. Впрочем, лично о себе у призраков тоже представления вполне нелепые, – вспомнив что-то грустное, заверил докладчик.

Он надолго умолк, предавшись грёзам, потом вздрогнул, игриво отмахнулся от кого-то со словами: «Ах, оставь!», и продолжил:

– Что такое привидение? Почему наука не желает исследовать этот феномен?

Докладчик задумался над этой загадкой, и даже немного растворился от напряжения, но уже через мгновение материализовался вновь и, преодолевая собственное чавканье, пробормотал: