Звенели, срываясь с листьев и хвои, тугие капли, где-то в чащобе кричала незнакомая птица, а Олег будто и не замечал всего этого. Медленно побрел он к санаторию.

У окна, на своей кровати, спал, уронив на пол «Поднятую целину», Виктор. Темнело. За окном догорала вечерняя заря. Высоко над лесом поднимался густой пар: омытая дождем земля, казалось, дышала в небо, чистое и высокое. Клочья большой тучи отползли к горизонту и лежали там, покорные и усталые.

Олег раскрыл окно. Ленивый ветерок тронул занавески, поплыл в комнату. На кровати зашевелился Виктор.

— Вставай, ужин проспишь, — сказал Олег.

— Я, брат, все проспал, даже не слышал грозы. Зато не будут сетовать доктора. Завтра явлюсь в отличной боевой форме.

— Не верится. Днем выспался, а ночью снова куда-нибудь исчезнешь…

— Никуда не пойду, даю слово.

— Виктор, — вдруг спросил Олег, посматривая в окно, — ты встречал когда-нибудь лесных чародеек?

Виктор с усмешкой, снисходительно посмотрел на друга.

— Знаю я этих твоих чародеек! Сегодня чародейка, а завтра повиснет «Анной на шее»..

Олег насупился, прошагал из угла в угол.

— Ошибаешься, Виктор. Вот я встретил сегодня девушку, так и спать, видимо, не смогу. Не скажу, чтобы она больно уж была красива. Не то слово. Это осколочек солнца. Только чур — без шуток…

— Ну, брат, я вижу, ты влюбился наконец, и должен сказать — по самые уши. Какая же она из себя?

— Смуглая. Глаза… В общем, такие теплые, доверчивые. Брови черные. Удивится — они у нее выгибаются кверху. Еще? Косы уложены венком…

— Постой, постой! — остановил его Виктор. — Эту девушку не Наташей зовут?

— Не знаю… — Олег пожал плечами. — Может, и Наташей. Не спросил.

Виктор весело засмеялся.

— Вот так познакомился! Имени не знает! Ха-ха-ха!

— Тебе не понять, — вздохнул Олег. — Не понять этого…

Глава четырнадцатая

— Вы сумеете разбогатеть — у вас есть дерзость, — сказал сенатор Уолтер Полю Арнолю. — Уважаю предприимчивых людей. Вернее — ценю. Моя дочь говорила со мной, и я согласен на ваш полет. Дай руку, Поль. Заранее поздравляю с успехом!

Поль Арноль до мелочей запомнил этот счастливый в его жизни день. С сенатором произошло что-то невероятное: он стал даже ласковым. Похлопывал по плечу, смеялся. Поль поверил в искренность большого босса. Все-таки сердце не камень, сенатор не мог быть врагом своей дочери, передумал обо всем, стал мягче.

Они долго и подробно говорили о будущем полете.

— Ты должен для этого путешествия иметь самое главное — здоровье. Как себя чувствуешь?

— Мистер Уолтер, будь здесь парочка африканских львов, я наглядно показал бы это. А так, если похвастаюсь, вы не поверите.

Сенатор ласково улыбнулся.

— Что ни говори, ты, Поль, славный парень. Недаром тебя полюбила Элси. Правда, у тебя до отказа не наполнены карманы, но это дело времени, ты будешь еще счастливчиком.

— Значит, моя кандидатура верная? — переспросил Поль, боясь, что сенатор передумает,

— О да!

— И я могу об этом сказать Элси?

— Конечно. Кстати, я позову ее сюда,

— Я ценю ваше доверие. Тысячу раз благодарен!

В этот момент дверь отворилась и седой лакей, склонившись в поклоне, спросил, чем может быть полезен.

— Позовите мисс Элси, — приказал сенатор.

Вскоре она вошла — в синем нарядном платье, счастливая, радостная.

— О, милый Поль! По глазам вижу, ты по душам поговорил с па, — сказала она, садясь рядом с ним. — Ты счастлив?

— Да, ты угадала — я чувствую себя на седьмом небе, — согласился Поль. — Теперь все решено — и мы будем вместе! Не так ли, мистер Уолтер?

— Сэр, я дал слово и выполню свой отцовский долг. Элси, люби этого мальчика. Он неуравновешен и жаден. За ним нужен хороший глаз.

— Па, я сегодня счастлива. Прикажи, пожалуйста, накрыть стол. Мы так давно не сидели вместе в нашей дружной семье…

Они все трое, будто и впрямь одна семья, прошли в зал. Пока говорили о разных городских новостях, лакей неслышно накрыл стоп. Сенатор выглядел немного торжественно. Поль тоже.

В золоченых ведерках, заполненных льдом, стояло шампанское, отдельно были поданы вина французских и испанских погребов.

— Этот маленький банкет разрешите открыть, — сказал, ласково улыбаясь, сенатор, — тостом за победу нашего дела, за славу Штатов.

Элси приятно было видеть, как блеснули глаза Поля. Он охотно выпил и старательно занялся крабами.

После вина разговор стал оживленнее. Поль Арноль заговорил без излишней скромности:

— Я не сомневаюсь, что оправдаю доверие нашего президента, нашего народа. История Земли, можно считать, уже окончена. С этих пор начинается история Луны. И создадим ее мы, сыны Штатов. За Луну, за пять миллионов, Элси!

Ее тонкие губы немного раскрылись и лицо засветилось улыбкой.

— Мой милый мальчик, ты сегодня дважды счастлив! — сказала Элси и, наклонившись, поцеловала Поля в щеку.

После обеда Поль и Элси на воздушном автомобиле направились на прогулку за город.

* * *